Все самое интересное о жизни стран-соседей России
  • PERSPECTUM
  • Лица поколения
  • Георгий Высоцкий: «У нашего поколения выше аппетит к риску»
    Предприниматель из Воронежа – о том, что важно для стартапа, ожиданиях, которые нужно оправдывать, и везении
3974
Лица поколения
ПОДЕЛИТЬСЯ

Георгий Высоцкий: «У нашего поколения выше аппетит к риску»

Предприниматель из Воронежа – о том, что важно для стартапа, ожиданиях, которые нужно оправдывать, и везении

Арина Демидова

Георгий Высоцкий в свои 26 лет не только придумал проект безналичных чаевых официантам «Нетмонет», но и продал его одному из крупнейших банков в России.

Почему, на ваш взгляд, наличные в качестве чаевых уходят в прошлое?

Уже сейчас 80% гостей оплачивают счета в ресторанах банковской картой, объем бесконтактных платежей – Apple Pay, GPay, Samsung Pay – кратно растет от года к году. Ковидные ограничения только ускорили процесс отказа населения от наличных расчетов.

Какие самые большие чаевые наличными лично вы оставляли в кафе?

Это, пожалуй, 7 тысяч рублей на нашем новогоднем корпоративе «Нетмонет». Разумеется, чаевые оплачивал через QR-код.

Как и когда родилась идея сервиса «Нетмонет»?

Я долго, более трех лет, работал в McKinsey&Co. Природа работы в консалтинге такова, что завтракать, обедать и ужинать часто приходится в ресторанах рядом с офисом. Мы всей командой регулярно не могли оставить чаевые, потому что ни у кого не было наличных. Переглядывались, извинялись перед официантом и уходили. А официант недополучал минимум 500 рублей, по сути, своего дохода. На очередных выходных пришла в голову идея: а не решить ли эту проблему. Я тогда в целях экономии на аренде квартиры жил с другом, и докручивал с ним эту идею, вместе придумывали, как можно было бы это реализовать. В результате выбрали QR-код как форм-фактор. Целью было сделать процесс оставления чаевых более быстрым и удобным, чем найти бумажник и достать наличные. Бесконтактные платежи это как раз позволяли сделать. А QR вел на страничку официанта, на которой нужно было выбрать сумму чаевых. Кроме того, было важно сделать этот процесс «интимным», чтобы не нужно было называть сумму официанту. Друг помог найти команду разработки для проекта, и мы начали его реализовывать. Стартовали с индивидуальных пластиковых карточек для каждого официанта. Идея была в том, что он должен их прикладывать к каждому чеку, чтобы гость мог оставить чаевые. Сейчас это осталось всего в нескольких сетях. В остальных заведениях наши QR-коды сейчас можно встретить в пречеке. А в салонах красоты – на наклейках и тейбл-тентах в индивидуальном дизайне заведения.

Сколько человек принимали участие в разработке, и за какие функции они отвечали?

Изначально на стадии формирования MVP команда проекта была небольшая: backend-, frontend-разработчики – 2 человека – и Android-разработчик. Мы постепенно росли, к моменту первого локдауна нас было уже 8 человек, к моменту сделки 20, сейчас 50.

Когда было решено продать проект «Альфа-Банку» и почему?

У нас не было цели продать проект. Но мы понимали: для того чтобы ускорить рост, нам потребуется корпоративное финансирование и реализация синергий с крупным игроком – снижение издержек, доступ к клиентской базе, сильный бренд. С банком нас познакомили наши частные инвесторы, которые на тот момент были в проекте. И у нас довольно быстро все сложилось. Структуру, где 100% долей переходит банку, выбрали, чтобы ускорить процесс сделки и упростить решение всех юридических вопросов после. Принимать формальные решения, изменять устав, когда несколько учредителей, в российском праве довольно трудозатратно. Поэтому команда в проекте имеет «квазидолю», мы будем получать процент от чистой прибыли проекта, как будто продолжаем являться акционерами.

Вы остались в проекте и стали частью банка, или им полностью занимается «Альфа-Банк»?

Мы полностью остались в проекте, продолжаем его развивать и выводить нашу платформу на новый уровень. Все операционное управление за нами. Банк помогает в развитии, утверждает цели и стратегию компании. Для стартапа и для команды психологически очень важно сохранить независимость в принятии решений, потому что ты продолжаешь смотреть на все как на «свой» проект.

Вы в дальнейшем планируете развивать новый сервис?

Мы сейчас как раз утверждаем стратегию на ближайшие 1–2 года. В ней, разумеется, есть новые сервисы, синергичные или полностью интегрированные в «Нетмонет». Мы планируем закрывать как можно больше потребностей наших клиентов-владельцев и менеджмента ресторанов, приносить больше дохода нашим сотрудникам – официантам, мастерам, курьерам и остальным.

Ваше образование связано с финансами, бизнесом или сферой IT?

Не совсем, я окончил физфак МГУ, кафедру низких температур. Поэтому образование никак не связано. Но образование позволило научиться быстро обрабатывать большой объем информации, разбираться на пальцах в проблеме, чтобы быстрее принимать решения, думать шире.

Вам 26 лет. Скажите, когда вы только начинали разрабатывать «Нетмонет», не было ли ощущения, что еще не готовы к собственным проектам?

Идея появилась в 2018 году, когда мне было 23 года, получается. Полноценный запуск был уже в 2019 году, то есть в 24. Пожалуй, начал как раз потому, что хотел попробовать сделать что-то свое и была идея, в которую я верил. Конечно, фактически оказался не готов, хотя уже и был опыт работы несколько лет в крупной международной компании. Пришлось осваивать много нового: как нанимать и управлять людьми, рисковать своими деньгами, брать на себя серьезную ответственность за решения и за деньги инвесторов.

Это ваш первый стартап?

У меня был в студенчестве некоммерческий проект. В общежитии МГУ мне захотелось организовать доставку 19-литровых баллонов воды, потому что вода из-под крана была низкого качества, а пить плохую воду даже из фильтра с детства не могу. Я организовал на базе студкома физического факультета МГУ проект, собрал команду, которая в пике достигала 8 человек, и мы доставляли воду до комнаты – около тонны чистой питьевой воды в день.

Как родные отнеслись к тому, что вы решили заниматься бизнесом?

Меня, к радости, поддержали и девушка, будущая жена, и родители, несмотря на то, что шаг отказаться от понятной и перспективной карьеры в пользу стартапа со смутными перспективами тогда сложно назвать взвешенным и разумным. Но к моменту, когда продукт уже был готов, появлялись первые люди в команде, морально дороги назад не было, так что я пошел на этот шаг. Конечно, многие из окружения меня не понимали, предостерегали, но какого-то прям давления я не испытывал.

У вас большая семья? Есть ли среди них предприниматели или вы стали первым?

У меня очень классическая семья, оба родителя, два ребенка, я старший. Скорее, я все-таки первый предприниматель, хотя у родителей был небольшой опыт в молодости.

Есть ли какие-то традиции, возможно, связанные с бизнесом, которые идут из детства?

Я до момента старта «Нетмонет» не мечтал и не предполагал, что стану предпринимателем, был вполне доволен своей карьерой и наверняка был бы в ней успешен. Просто бывает такое, что вот хочется сделать какой-то проект, который полезен тебе самому и еще кому-то, если повезет. И это желание в себе погасить сложно.

На ваш взгляд, чем путь стартапера в России отличается от коллег в других странах СНГ?

Мы не копировали какой-то конкретный проект. Во многих развитых странах проблема безналичных чаевых решена другими способами, которые не прижились бы в России по ряду причин, в том числе и по законодательству. Так что мы придумывали с нуля, зная только, что проблема такая есть и она нарастает. Сейчас у нас много предложений запустить платформу в других странах. Мы сами операционно это сделать пока не готовы, потому что сосредоточены на российском рынке. Но будем рады запускать наш сервис через партнеров по франшизе, поддержать и поделиться опытом.

Работы кого из отечественных или иностранных коллег вас привлекают и вдохновляют?

В свое время, пожалуй, образцом стартапа был «Рокетбанк», потом «Кухня на районе», «Самокат». У всех у них разная судьба.

О каких профессиональных перспективах вы сейчас мечтаете?

У меня при запуске была цель и мечта, чтобы оставление чаевых через QR-код «Нетмонет» стало стандартом индустрии. На мой взгляд, она уже реализовалась. Многие заведения называют «нетмонетовскими», а платформы чаевых картой называют «Нетмонет». Приятно сделать проект, который стал именем нарицательным. В одном ряду с Xerox, Pampers. В то же время ничего сверхъестественного мы не сделали, просто решаем узкую проблему и делаем это лучше всех. Это результат того, что выбора не было, и все было поставлено на карту. Ну и повезло нам во многом: угадали с идеей, сильные люди подобрались в команду, рынок принял.

Какие у вас планы на ближайшие пять лет?

Хотелось бы не останавливаться и продолжать как развивать «Нетмонет», так и запускать новые сервисы. Все-таки мы очень многому научились на этом проекте. Надеюсь, что следующие станут еще более успешными. Нужно же оправдывать ожидания: меня недавно включили в Forbes 30 under 30 Россия, список самых перспективных молодых людей. Нужно оправдывать слово «перспективный» и реализовывать амбиции. Ну и, конечно, чтобы в семье все было хорошо. У меня недавно родился сын, хочется участвовать активно в его взрослении и поддерживать теплую атмосферу в большой семье.

Вы видите себя в дальнейшем как человека, который будет развивать стартапы и продавать их крупному бизнесу, или хотите погрузиться в один свой проект?

Лично мне больше подходит долго заниматься одним проектом, погружаться глубоко. Но не всегда получается найти такой проект, которым будет интересно заниматься всю жизнь. Потому что нужно делать проект, который вдохновляет. А вдохновляет только то, что соизмеримо с твоими возможностями и амбициями. Надеюсь, что одним проектом все не закончится.

Вы считаете себя бизнесменом?

Бизнес и стартап – это очень разные вещи. Часто бизнесмен, возьмем малый бизнес, с первых месяцев стремится выйти на прибыль, сразу построить эффективные бизнес-процессы. В стартапе, на моем примере, все-таки по-другому: мы вкладываемся в рост, не думаем об окупаемости как о самоцели, нам важнее масштаб и темпы роста. Я бы не назвал себя бизнесменом. Предпринимателем – да.

Вы из поколения детей 90-х. Какое оно, на ваш взгляд? В чем его сильные и слабые стороны?

Я 1995 года рождения, с трудом можно это назвать 90-ми. Наше поколение, на мой взгляд, выделяет то, что мы первое поколение, которое выросло уже с телефонами и компьютерами – осознанный возраст, лет с 10–12. Кроме того, мы не прошли через 90-е, у нас нет такого ощущения, что главное, чтобы на улице не стреляли. У нас другое отношение к стабильности, у нас она в детстве была, соответственно, у нас выше аппетит к риску. Поэтому именно нашему поколению сейчас предстоит рисковать и делать новые проекты, в том числе в области IT. По крайней мере, на мой взгляд.

Подписывайтесь, скучно не будет!
Больше в разделе "Лица поколения"