Все самое интересное о жизни стран-соседей России
  • PERSPECTUM
  • Точка на карте
  • Берег Эдема
    Николай МИКЛУХО-МАКЛАЙ, руководитель Центра изучения Южно-Тихоокеанского региона
Обновлено: 19.04.2023
Точка на карте
10 минут чтения
ПОДЕЛИТЬСЯ

Берег Эдема

Николай МИКЛУХО-МАКЛАЙ, руководитель Центра изучения Южно-Тихоокеанского региона
















































































































































































Миклухо-Маклай младший рядом с портретом своего великого предка

Фото предоставлены Фондом им. Миклухо-Маклая


Однажды я получил интересное письмо от Гасома. В этом письме, по обычному мессенджеру, он просил помочь связаться с премьер-министром России. На вопрос, зачем это нужно, ответил, что хотел бы, чтобы Берег Маклая стал русским. Я направил его в посольство РФ в Индонезии, так как посольство Папуа-Новой Гвинеи переехало туда в начале 1990-х. Письмо от жителей Берега Маклая туда доставили в 2020 году.

Гасом — сын Аселя-Туя, главы одного из кланов Берега Маклая, потомок того самого Туя, встретившего Миклухо-Маклая в 1871 году. Он стал мне другом после моих экспедиций на Берег Маклая в 2017 и 2019 годах. Эта потрясающая история о том, как папуасы хранят память о нашем соотечественнике, окончательно сподвигла меня посвятить себя продолжению великого дела, которое начал двоюродный прапрадед.

Для меня он был героем, знакомым с самого детства по рассказам бабушки, родителей, по увлекательным дневникам. Берег Маклая, о котором я прочел в книге «Путешествие на Берег Маклая», казался мне настолько недостижимым, что не верилось в возможность туда попасть. Представлялось, что легче слетать в космос: нужно лишь выучиться на космонавта, и готово: космические корабли в 1980-х годах стартовали с завидной регулярностью. Но как из СССР добраться до острова Новая Гвинея, в то время было совершенно непонятно. Когда я уже в зрелом возрасте осознал, что обязан увидеть все своими глазами, то обратился к ученым мужам, специалистам по региону, с вопросом: как же там живут, на Берегу Маклая? Но, увы, мне не дали точного ответа.

Насколько актуально наследие Миклухо-Маклая и стоит ли его изучать? Может, это никому не нужно? Даниил Тумаркин, руководивший советскими экспедициями в XX веке, привел значимый аргумент: на примере жителей деревни Бонгу на Берегу Маклая можно детально проследить развитие человеческой цивилизации, начиная с периода каменного века. Ведь при Миклухо-Маклае эти люди не знали железа и пользовались каменными топорами.

Экспедиции уже в ХХ веке организовала Академия наук СССР в 1971 и 1977 годах. И вот наконец моя мечта осуществилась. В 2017 году, после длительной подготовки, я оказался на Берегу Маклая. Первую в истории современной России научную экспедицию в Папуа-Новую Гвинею с учеными из Москвы и Санкт-Петербурга организовал Фонд сохранения этнокультурного наследия им. Миклухо-Маклая, а я ее возглавил. Мы ставили своей целью изучение материальной̆ культуры и фольклора, чтобы тем самым зафиксировать изменения культурной динамики за 40 лет, прошедших со времени последней советской экспедиции. Столкнувшись с большим трудностями в организации поездки в отсутствие налаженных связей, я также считал важнейшей задачей налаживание и развитие всесторонних научных и гуманитарных контактов между нашими странами. Большую поддержку нашей миссии оказал сэр Питер Бартер, ставший моим другом (сэр Питер Лесли Чарльз Бартер был министром здравоохранения и по делам Бугенвиля в правительстве Папуа-Новой Гвинеи. Основал некоммерческий Melanesian Foundation, который инвестирует в удаленные сообщества. — Ред.).

Миклухо-Маклай

В результате проведенной полевой работы нам удалось выполнить все поставленные задачи и сделать ряд открытий. Информация о многих из них уже опубликована и представлена научному миру, а также доступна широкой общественности на сайте Фонда им. Миклухо-Маклая.

Однако главное открытие, которое я сделал, и оно меня действительно поразило, — это то, насколько хорошо папуасы помнят Миклухо-Маклая! Я не ожидал такого теплого и торжественного приема на Берегу Маклая, и это очень многое изменило в моей жизни. Уже можно смело утверждать: произошли позитивные перемены, новый виток развития отношений между нашими народами. Эта встреча сквозь века останется в моем сердце навсегда.

Я вспоминаю, как мы на большой белоснежной моторной яхте сэра Питера подходили к берегу, о котором я читал еще в детстве. Берег был усыпан людьми — нас встречали около трех тысяч человек! Я видел, как они бежали к месту, куда направлялось судно. Как и 146 лет назад, берег был покрыт зеленью, не оборудован для подхода средних и больших судов и очень походил на Эдем. Я пересел в моторную лодку, которую спустили с кормы, и направился к берегу. Меня сопровождали еще два местных жителя, они объяснили, что людей заблаговременно предупредили о визите, и жители всех окрестных деревень Берега Маклая готовились к встрече потомка «Тамо боро боро рус» (большого русского человека).

Но я все равно не ожидал увидеть ничего подобного, в планах было лишь добраться до берега на небольшой моторной лодке и отыскать тех, кто помнит Миклухо-Маклая. Меня переполняли эмоции: в те минуты в моем сознании всплыли записи из дневника Н. Н. Миклухо-Маклая о его первой встрече и жизни с папуасами, которые я читал когда-то. Я волновался и думал, как же пройдет моя собственная первая встреча с потомками тех, кто знал Миклухо-Маклая в XIX веке.

Из дневников Н. Н. Миклухо-Маклая о его первой встрече с жителями Берега Маклая мы сможем многое понять. Приведу лишь несколько цитат.

«Отправляясь, я остановился перед дилеммою: брать или не брать револьвер? Я, разумеется, не знал, какого рода прием меня ожидает в деревне, но, подумав, пришел к заключению, что этого рода инструмент никак не может принести значительной пользы моему предприятию».

«Я вошел на площадку. Группа вооруженных копьями людей стояла посредине, разговаривая оживленно, но вполголоса между собою. Другие, все вооруженные, стояли поодаль; ни женщин, ни детей не было — они, вероятно, попрятались. Увидев меня, несколько копий были подняты, и некоторые из туземцев приняли очень воинственную позу, как бы готовясь пустить копье».

Несколько стрел папуасы в итоге выпустили совсем рядом и пытливо смотрели на него, изучая реакцию.

«Недолго думая, я высмотрел место в тени, притащил туда новую циновку (вид которой, кажется, подал мне первую мысль — спать здесь) и с громадным удовольствием растянулся на ней. Закрыть глаза, утомленные солнечным светом, было очень приятно.

Удивленные папуасы собрались вокруг спящего Н.Н. Миклухо-Маклая.

<…> Но если уж суждено быть убитым, то все равно, будет ли это стоя, сидя, удобно лежа на циновке или же во сне. Далее подумал, что если пришлось бы умирать, то сознание, что при этом 2, 3 или даже 6 диких [туземцев] также поплатились жизнью, было бы весьма небольшим удовольствием. Был снова доволен, что не взял с собою револьвер».

«Смотри, Маклай-джуниор, — обратился ко мне один из сопровождающих, — вон тот, с луком на берегу, встречает тебя». Я начал вглядываться и действительно увидел, как по берегу прохаживается хорошо сложенный мужчина с луком и стрелами. Его костюм, включавший повязку и украшения на предплечьях, был идентичен рисункам, которые я видел в дневниках Миклухо-Маклая.

Миклухо-Маклай

«Маклай, ты взял красную ткань?», — спросил меня тот, кто был на корме небольшой надувной моторной лодки. Я пожал плечами. «Ладно, держи соль. Соль передашь тому, кто с луком, тогда подружитесь», — с улыбкой сообщил он.

Я прекрасно помню, что во время своей первой встречи с легендарным вождем Туем Миклухо-Маклай передал красную материю, сделав запись о своем первом друге, который в последующим станет проводником в мир, закрытый для европейцев. Но почему соль? Ответ был на поверхности, именно соль считалась признаком цивилизации, позволяет сохранять продукты, и не использовалась папуасами того времени, о чем хорошо знал мой сопровождающий.

«Папуас этот был среднего роста, темно-шоколадного цвета, с матово-черными, курчавыми, как у негра, короткими волосами, широким сплюснутым носом, глазами, выглядывавшими из-под нависших надбровных дуг, с большим ртом. Хорошо сложен, с достаточно развитой мускулатурой. Выражение лица первого моего знакомца показалось мне довольно симпатичным».

Миклухо-Маклай

Я знал, что папуасы — великолепные актеры. Они устраивают настоящие театрализованные представления, основанные на легендах о Маклае. Пантомимы коренных жителей хорошо описал сам Миклухо-Маклай, есть рассказы об этом и у советских ученых, сделанные в ходе полевой работы.

И вот я стал героем собственной театрализованной истории. Пришел долгожданный момент, когда я ступил на берег. Бурные овации местных жителей были очень неожиданными, многие хотели кинуться ко мне, но их сдерживали рослые мужчины, одетые в традиционные костюмы воинов. Потом, по их команде, все затихли.

Я был потрясен и смотрел на воина, которого я увидел еще с лодки. Вдруг возникло ощущение, что мы с ним одни на этом берегу. Шаг за шагом я приближался к воинственному папуасу, а толпа, замерев, смотрела на нас. Я протянул руку, но он боязливо отпрыгнул, руки его дрожали. Он направил лук со стрелой на меня. Я сделал еще один шаг и улыбнулся, протягивая руку. Его лицо изменилось и засияло в улыбке, он опустил лук, и мы мгновение смотрели друг на друга, а потом сделали шаг навстречу и обнялись, как будто не виделись долгие 146 лет.

Миклухо-Маклай

Через минуту начались танцы мужчин с барабанами окам. Женщины пронзительно подпевали, слегка покачивая бедрами, подтанцовывали в ритм, и я тоже будто растворился в танце, двигаясь вместе мужчинами к месту, где стояла хижина Маклая.

Это было совсем недалеко, но мне показалось, что мы прошли большой путь. На ее месте возвышается мемориал, установленный еще в 1970 году советскими моряками. Мы остановились, и тут, по команде, в шеренгу выстроились дети. Рядом с мемориалом реял российский флаг, который они сами где-то достали, и флаг независимого государства Папуа — Новой Гвинеи. Дети начали петь гимн своей страны. Незабываемые ощущения! Именно тогда ко мне пришло осознание, насколько великим был Маклай, если его потомка и российскую экспедиции так встречают.

Для меня мой двоюродный прапрадед, которому я являюсь также полным тезкой, всегда был примером мужества, доброты и стойкости духа. А благодаря его книгам я, как и миллионы читателей, путешествовал вместе с ним, оказываясь как в сказке в мире, затерянном в пространстве и времени, однако описанном достоверно и на основе реальных событий. Уверен, что даже человеку с хорошей фантазией трудно представить, что пережил и какие трудности преодолел ученый и путешественник, которому тогда было всего 25 лет.

Миклухо-Маклай

Именно там, на Берегу Маклая, на примере жителей северо-востока Новой Гвинеи, Н. Н. Миклухо-Маклай опроверг расистские представления своего времени о принадлежности папуасов к промежуточному звену между человеком и животным, о чем якобы говорил «пучкообразный» рост волос и «шершавость» кожи (например, книгу Гобино о неполноценности меланезийской расы читать без отвращения невозможно. А ведь был авторитетным мыслителем! — Ред.).

Он подробно описал культуру народа, нетронутую влиянием внешнего мира, оставил потомкам дневниковые записи с превосходными, очень точными рисунками. В то время почти полностью отсутствовала достоверная информация о коренном населении здешних мест. Разрозненные знания о них уживались с самыми нелепыми вымыслами и легендами, а также сообщениями в прессе о кровожадности. Немалая часть ученых XIX века искренне верили, что это люди если не второго, то по крайней мере другого сорта, отличного от европейцев. И это не всегда сопровождалось какими-то расистскими выводами, они просто считали, что природа создала папуасов иначе. Миклухо-Маклаю пришлось столкнуться и с искренними заблуждениями, проистекающими от недостатка научного знания, и с откровенными квазинаучными спекуляциями.

Не стоит забывать, что середина XIX века — это расцвет колонизации. В ходе так называемой Гонки за Африку начался раздел почти всего континента. «Опиумные войны» за влияние в Китае, кровопролитное создание Британской Индии, захватнические экспедиции в Океанию… Разграбление чужих земель было поставлено на поток. Но в ходе экспансии ученые и философы познакомились с новыми культурами, все большее внимание уделяя теориям о происхождении рас. Например, американские антропологи Нотт и Глидден в 1854 году опубликовали монографию «Типы человечества», где говорится об отсутствии родства между людьми белой расы и приближенными, по их мнению, к человекообразным обезьянам темнокожими. Философ Артур Шопенгауэр уверял: высочайшая цивилизация возможна исключительно среди белых рас. Несмотря на то, что сам немец выступал против рабства, утверждения о существовании высшего расового типа были популярны в Европе и Северной Америке и нередко использовались для оправдания колониальной политики.

Остров Новая Гвинея был открыт европейцами еще в XVI веке, но до 1870-х годов он оставался малоизученным: не было точных данных о его площади, внутренних районах, очертаниях береговой линии. А многие участки и вовсе обозначались сплошными белыми пятнами. Чаще всего корабли проходили мимо таинственных берегов. Вклад Миклухо-Маклая в его исследование трудно переоценить, он грандиозный, как и его планы, в которые входило основание добровольного русского поселения на Берегу Маклая под названием «Папуасский Союз», которое было бы независимым и выступало бы против европейского колониального вторжения и работорговли. Николай Николаевич хотел открыть школы в новогвинейских деревнях, начать там строительство пристаней, дорог и мостов, а также развивать местную экономику. Идея о создании вольного русского поселения на Берегу Маклая встретила определенную общественную поддержку в России, однако в 1884 г. колониальные державы — Германия и Великобритания — разделили между собой северо-восточную и юго-восточную части острова Новая Гвинея, и планам великого ученого-гуманиста не суждено было сбыться.

Миклухо-Маклай

Но, может, теперь инициатива самих папуасов Берега Маклая обратит на себя внимание России, память о которой они трепетно хранят благодаря Маклаю?

Хочется верить, что у его мечты о русской Папуасии есть будущее.

Статья была опубликована в журнале «Человек и мир. Диалог» № 1(10), январь – март 2023.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписывайтесь, скучно не будет!
Популярные материалы
Объявлены участники финала Конкурса им. Рахманинова
В третий, итоговый, тур по специальности «Фортепиано» вышли восемь участников, из них шестеро представляют Россию
21.06.2022
Лучшие материалы за неделю