Все самое интересное о жизни стран-соседей России
  • PERSPECTUM
  • Лица поколения
  • Мирас Аббасов: «Я внедрил дома экопривычки»
    Предприниматель и экоактивист из Казахстана – о людях, попавших в беду, количестве воды, необходимом для производства пары джинсов, и недопустимости брошенной бумажки
Лица поколения
7 минут чтения
ПОДЕЛИТЬСЯ

Мирас Аббасов: «Я внедрил дома экопривычки»

Предприниматель и экоактивист из Казахстана – о людях, попавших в беду, количестве воды, необходимом для производства пары джинсов, и недопустимости брошенной бумажки

















































































































https://www.facebook.com/abbasovmiras

Арина Демидова

Основатель предприятия по производству биопакетов BioPack.kz Мирас Аббасов уже около 20 лет трудоустраивает тех, от кого многие отвернулись, и тех, кто оказался в сложной жизненной ситуации. Он выучился на хирурга, но потом ушел в коммерцию: занимался продажей штор и жалюзи, потом секонд-хендом, а после ворвался в экоповестку.

Почему вы перешли из хирургии в коммерцию?

Мой отец занимался экспериментальной биологией и работал в системе Академии наук Казахской ССР. Мама была врачом-педиатром. И я всю жизнь рос вокруг медицины. Подопытные животные, кролики, мыши – прямой контакт с детства.

Выбор профессии… я всю жизнь в медицинской среде. Ты кого-то лечишь, получаешь слова благодарности. Конечно, это оставило свой отпечаток. Окончил девять классов в городе Алма-Ате, затем поступил в республиканский медицинский колледж. Окончил его по специальности «Медицинский брат общего профиля». Потом поступил в Казахский государственный медицинский университет в Алма-Ате и получил специальность врача-хирурга.

Так получилось, что мне пришлось сменить направление, уйти в коммерцию. В то время еще не знал, что это называется социальным предпринимательством. Я трудоустраивал людей, которые, например, бывшие наркоманы, отсидели в тюрьме, вышли. Мы их забирали к себе, чтобы они не начали заново, помогали адаптироваться. Мы росли в те годы, когда одномоментно рухнула вся экономика, когда не было продуктов, когда отключали свет, закрывали заводы. Жизнь ухудшилась, многие вставали на криминальный путь. Воровство, наркотики, у всех были такие бывшие одноклассники. Я помогал таким людям. И в большей степени ребята адаптировались: у них появилась работа, они создавали семьи. Сейчас все общаемся, они помогают нашему проекту.

В студенческие годы я подрабатывал на разных производствах: трудился у своего старшего двоюродного брата, у них было свое производство жалюзи и штор. Там я сделал карьеру от обычного сборщика до директора фирмы. К окончанию университета имел компетенции и опыт продажи жалюзи и штор, а также производства. После университета старший брат предложил мне стать партнером, мы развивали это все в филиалах в Шымкенте, Астане (тогда). На этих производствах у нас были задействованы социально уязвимые люди, которые не могут устроиться куда-то в обычной жизни, так как не имеют опыта или имеют справку о судимости, или пенсионеры, или у них нет возможности работать полный день, или многодетные. Все те наши социальные категории людей, которые сталкиваются с подобными трудностями. Это все было в 1998–2004 годах. У нас был хороший опыт, когда столицу только перенесли, город рос, и люди очень активно покупали нашу продукцию. У меня тогда в производстве было задействовано 50 человек. Это все продолжалось, пока мы не насытили рынок.

Потом мы развили еще одно направление бизнеса: возили из Алма-Аты секонд-хенд и сток-одежду. Этот проект я развивал с 2004 по 2009 год. Мы располагались в неблагополучном криминальном районе, который называется Лесозавод. И там люди живут во времянках, постройках. Вот там мы открыли склад, большую часть вещей продавали. А большую часть прибыли раздавали нуждающимся в этом поселке. Мы учили людей из многодетных семей торговать, открывать точки продаж, помогали с юридической точки зрения, работать с налоговой. Также помогал товарищам развивать производство офисной бумаги. Но меня всегда тянуло на разного рода производства — хотел создавать что-то свое.

Экопросвещение и экоактивизм у вас из семьи?

Однозначно да. Это все закладывается в семье с раннего детства. У меня с детства даже выработалось – кран если течет, капает, пока его не отремонтируют, я не уйду. Мама шила сумки для покупок из старых штор. Ответственное отношение ко всему: к себе, к соседям, к природе, к окружающему миру. Также необходимо понимать, что деятельность человека сопряжена с созданием углеродного следа. Например, я с утра еду на работу, работаю, возвращаюсь домой, дома ужинаем и спать легли. Это обычный день. По сути, в течение дня я делаю эти выхлопы: например, приехал на работу на транспорте – уже повлиял на окружающую среду. На работе пользуюсь отоплением, которое создано угольной генерацией. Вечером вернулся домой – сжег бензин. В течение дня пользуюсь питьевой водой, продуктами, создаю мусор в виде упаковки товаров. В итоге в конце дня приезжаю домой, где электрочайник и отопление как минимум. В результате у людей набегает очень большое количество углеродного следа. Мы, по сути, должны все это компенсировать. Но из-за того что мы живем в обществе, где рулят не социологи и экологи, а маркетологи, мы имеем такой результат. Например, на производство джинсов уходит 7 тысяч литров питьевой воды. Мы не задумываемся, что следующие поколения будут нуждаться в питьевой воде.

Какой вклад лично вы внесли в уменьшение углеродного следа?

Я борюсь, объясняю, что человек должен компенсировать вред окружающей среде. Для этого только нужно понимать, как он влияет и как может это компенсировать, уменьшить. Чтобы быть менее экологически небезопасным, я перевел отопление на своем предприятии на газовое, мы используем рециклинг (разновидность переработки) воды, используем ее повторно в бытовых нуждах. Мы минимизируем отходы и стараемся вторично их перерабатывать. Дома внедрил экопривычки: экономия воды, электроэнергии, уходить от одноразовых вещей. Большая часть их уходит на полигоны, которые в большинстве своем представляют обычные свалки, где идет загрязнение почвы и грунтовых вод. У нас в Нур-Султане большая часть электроавтобусов. Свой личный транспорт я перевел на автогаз. Дома у меня раздельный сбор отходов. Я считаю, что с детства нужно объяснять, что бездумно брошенная бумажка недопустима.

Город Астана стал одним из первых городов, который внедрил раздельный сбор отходов. Мы столкнулись с тем, что город динамично развивается, много приезжих с разным уровнем культуры. И многие уверены, что за ними кто-то обязан убирать. Это неправильный подход. Необходимо разъяснять, что любая брошенная упаковка – это твоя упаковка, ее нужно убирать самому.

Вы занимаетесь благотворительностью?

Для меня благотворительность — это создать благо. У нас зачастую благотворительность воспринимается как иждивенчество. Мы можем выделить часть прибыли на приобретение швейной машины: я пойму, что человек начнет зарабатывать, станет более устойчивым, потом возьмет еще кого-то на работу. Мы можем выделить деньги, например, на посадку деревьев. На содержание приютов для животных. На организацию субботников. Мы уже вышли на экспорт. Совместно с эковолонтерами Санкт-Петербурга организовали производство пакетов для уборки за собаками.

В чем главная миссия социального предпринимательства?

В моем понимании, социальное предпринимательство — это решение тех насущных проблем, которые рядом с тобой. Например, все свои услуги мы заказываем на аутсорсе. Бухгалтер у нас с ограниченными возможностями здоровья, служба доставки тоже. На производстве все социально уязвимы.

Как вы пришли к проекту BioPack? Когда он начинался? Что подтолкнуло к идее биоразлагаемых пакетов?

Когда я только переехал из Алма-Аты в Астану, здесь было очень ветрено. И ветром поднимается весь мусор, он кружит в воздухе. Когда увидел впервые, меня это потрясло. А люди просто проходили мимо. Город стремительно рос, все это власти минимизировали. Но проблемы, конечно, остались. В 2014 году президент объявил, что у нас будет очень крупная выставка, где будет рассматриваться тема борьбы с углеродным следом. И у меня лампочка в голове загорелась буквально.

Я в течение года анализировал, какие есть виды полимеров, станки по производству. Нам более-менее доступно, хорошо, что находимся под боком у России и Китая. В Китае с 2008 года общенациональная программа по борьбе с пластиком одноразовым. Там переходят к экологическим альтернативам. Они уже давно используют крахмальные пакеты. В 2015 году я поехал, нашел поставщиков, понял, что самое доступное – покупка оборудования в Китае. Закупил оборудование, приехал на родину, здесь организовал цех. C этими станками должен был приехать китайский инженер, но они все тянули – в течение полугода. В результате полгода я нес убытки, на третий-четвертый месяц мы начали сами собирать. И вот на пятый-шестой месяц мы без инженера, по YouTube, по фотографиям, видео сами собрали. Нашли мастера в Казахстане, который нас обучил, и мы уже дальше сами развивались. Мы самые первые в СНГ, кто начал производить биоразлагаемые компостируемые полимеры из кукурузного крахмала. Люди очень удивлялись: как так, из крахмала? Но это стоило довольно дорого. Из того, что мы производим, 90% уходит в Россию – у вас очень осознанные потребители. Хотя и в Казахстане в последнее время это направление набирает обороты.

Что нужно, на ваш взгляд, чтобы прийти к осознанному потреблению?

Сильная воля и время. У нас же все на сырье основано. Экологи говорят, что времени нет. В Казахстане необходимо построить АЭС, у нас выхода нет. В Казахстане необходимо также сделать рециклинг воды.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписывайтесь, скучно не будет!
Популярные материалы
Лучшие материалы за неделю