Все самое интересное о жизни стран-соседей России
2147
Культура и традиции
ПОДЕЛИТЬСЯ

Никто не хотел взрослеть

Итоги XXX Открытого фестиваля «Киношок»

Анна Хрусталева

30 лет — изумительный возраст. Легкомыслие первой юности уже повыветрилось, но жажда жизни все еще бьет через край. Есть опыт, но нет усталости. За этими метаморфозами было любопытно наблюдать на фестивале «Киношок», который нынешней осенью в Анапе разменял свой четвертый десяток.

Кубанской плодоносной пышности, особенно заметной на торжественной церемонии открытия, здесь не поубавилось, но общее настроение стало как-то спокойнее и строже. По понятным причинам, никак не связанным с кино, не появились на «красной дорожке» шумные многолюдные делегации стран-соседей, но конкурсная афиша по-прежнему заставляет говорить и спорить о себе. А не это ли главное на кинофестивале?

Ты помнишь, как все начиналось?..

Тогда, в начале 1990-х, когда все только начиналось, у «Киношока» были вполне конкретные цели и задачи. В момент краха политического главное было не допустить краха культурного — обрыва многолетних творческих связей, традиций и взаимовлияний. Только регулярное профессиональное общение — «а что у вас? а у нас вот как-то так» — позволяло остаться на плаву. Конечно, всем кинематографиям новорожденных независимых республик было несладко, никто как сыр в масле не катался, да и стартовые позиции у всех были разные. Прибалтов, например, спасала близость к Европе. Грузию (хоть и далеко не сразу) — национальный характер, где кино, как вино, в самой крови. Казахская киноиндустрия со временем заручилась господдержкой на создание громких патриотических блокбастеров. Каждый искал, за что уцепиться, и спасался, как мог. Свою «терапевтическую» роль в процессе «реанимации» сыграл и «Киношок», ведь именно сюда на суд коллег и критиков свозились с 1/6 части суши плоды кинотрудов. И вот теперь, через 30 лет, можно негромко, трижды постучав по дереву, выдохнуть: за редким исключением (окончательно и бесповоротно исчез с кинорадаров лишь Туркменистан) выжили практически все. Кто худо-бедно, а кто уже и вполне благополучный жирок нарастил…

Жаль, что в юбилейный год руководство фестиваля не нашло возможности организовать ретроспективу картин-победительниц разных лет. Наверное, это был бы лучший, по-своему бесценный подарок и самому киносмотру, и его гостям, и публике. Да и вообще, полезно бросить взгляд назад и посмотреть, куда за это время шагнули национальные кинематографии, как и насколько изменился язык, интонации, интересы. Какие проблемы по-прежнему волнуют творцов, а что уже списано в архив истории за ненадобностью. Впрочем, сесть в эту машину времени будет не поздно и в следующем году. Ложка, конечно, дорога к обеду, но ведь и 31 год — дата красивая…

Вирус инфантилизма

В главном конкурсе «Киноношока-2021» — 12 фильмов: 4 российских, 3 из Казахстана, 2 из Кыргызстана, по одному — из Азербайджана, Таджикистана и Эстонии. Жанровое «меню» также весьма разнообразно: тут вам и детективный триллер, и мелодрама, и трагикомедия, и роуд-муви, и «главное блюдо» любой фестивальной программы — социальная драма. И все же практически во всех этих лентах, хоть и снятых на разных концах континента людьми разных жизненных обстоятельств, прослеживается нечто общее: маленькие обиженные дети, с недоумением (изумлением, отчаянием, страхом — нужное подчеркнуть) взирающие на запутавшихся и сбившихся с пути взрослых, не способных взять ответственность ни за себя, ни тем более за окружающих. Инфантилизм современных киногероев подобен смертельному вирусу. Только не спасут от него ни маски, ни перчатки, а разработчик вакцины, если такой когда-нибудь сыщется, сможет претендовать на Нобелевскую премию с занесением в личное дело. Да только не сыщется, вот в чем беда.

Потому что героине фильма Григория Коломийцева «Чупакабра», живущей в полуразрушенном доме где-то на приморских просторах бескрайней степи, легче сдать 9-летнего сына в городской интернат, как будто это спасет ее от нищеты, неустроенности и душевной инвалидности. Что остается Андрею? Найдя на берегу мертвую собаку, он принимает ее за сказочное чудовище и вверяет ей свою судьбу. Больше, собственно, и некому. Премьера медитативного «тотального дебюта», ставшего пробой пера практически для всех участников съемок, состоялась на фестивале в Сан-Себастьяне, а в Анапе получила приз Гильдии продюсеров.

Мармеладовщину заказывали?

Прямым рейсом «Сан-Себастьян — Анапа» прибыла на «Киношок» и драма Лены Ланских «Ничья», по сравнению с которой мрачная «Чупакабра» смотрится рождественским крем-брюле. У 14-летней Вики есть новорожденная дочь. Вот только посвященные в эту тайну взрослые старательно делают вид, что никакого ребенка нет. Потому что так проще и снимает массу неудобных вопросов. Смотреть эту картину физически невыносимо, при том что сделана она мастеровито и наверняка понравится тем, кто любит всяческие препарирования человеческой души с привкусом мармеладовщины, местами переходящей в откровенную смердяковщину. Юной Анастасии Струковой жюри под руководством режиссера Владимира Фокина присудило приз за лучшую женскую роль. И это справедливо: то, что явила перед камерой дебютантка, не всякой многоопытной актрисе под силу.

Все несчастные семьи несчастны по-своему

Язык не поворачивается назвать главой семьи и отца главного героя из казахского фильма Алишера Жадигерова «Домашний очаг». Перед уходом в армию Азамат хочет оставить непутевому родителю машину, чтобы тот мог хоть как-то кормить жену и детей. Чтобы раздобыть денег, Азамат решается на преступление, но что-то, как водится, идет не так, и тихая кража оборачивается двумя смертями. Один из самых сильных фильмов конкурсной программы, «Домашний очаг», как и мощнейший эстонский «Рейн» Янно Юргенса, увы, остался без наград. За «Рейна» вдвойне обидно. Образчик стильного «северного» изображения, драматургически и актерски выверенная история о том, что все несчастные семьи несчастны по-своему, «Рейн» должен был получить хотя бы диплом, если уж других «серёг для сестер» у судей не осталось. И даже если к концу конкурсных просмотров жюри порядком утомили пронзающие до позвоночного столба укоризненные детские взгляды и болтающиеся между небом и землей никчемные взрослые, не нашедшие, куда приткнуть себя в этом мире, пройти мимо этой работы, честное слово, грешно!

Не спешите причинять добро

Два самых поэтичных фильма «Киношока» — «Озеро» Эмиля Атагельдиева из Кыргызстана и азербайджанский «Билясувар» Эльвина Адыгозела. Хотя сравнивать их поэтику — то же самое, что сопоставлять древние народные песни и, допустим, новейшие верлибры.

«Билясувар» (приз за лучший сценарий), снятый в копродукции с Францией и впервые показанный на МКФ в южнокорейском Пусане, — сборник никак не связанных друг с другом новелл. Их герои просты, а проблемы вполне будничны, без роковых страстей и трагических перегибов. Проблемы, с которыми так или иначе сталкиваются ежедневно многие из нас. Вот молодой парень. Кстати, симпатичный, а от него девушка ушла, и он в который раз кричит в молчащую трубку, что больше никогда ей не позвонит. Старый учитель на последние деньги покупает елочные игрушки и украшает ими деревенскую школу, больше смахивающую на сарай. Актеру народного театра роль не дают — из ревности, конечно, а сельская эстрадная дива мечтает о собственном видеоклипе. Но вся эта повседневность озарена такой авторской нежностью, такой любовью создателя к своим героям, что каждая зарисовка — оборванная, без начала и конца, словно бы совершенно случайно выхваченная из стремнины времени, как будто подсмотренная невзначай, — оборачивается маленьким памятником маленькому человеку.

Поэзия «Озера» скорее внешняя. Потому что за элегическими, безупречно снятыми пейзажами Иссык-Куля, в волны которого, по легенде, уходят души умерших, скрывается отнюдь не поэтичная человеческая драма. Асхат (приз за лучшую мужскую роль Болоту Тентимишову) едва сводит концы с концами. При этом он точно знает, что жить нужно «не для радости, а как долг велит», потому ежедневно, чего бы это ему ни стоило, причиняет добро окружающим — и собственным детям, и старому учителю Темиркулу, чью жену он, войдя в долги, хоронит, «как положено», а не так, как просит о том вдовец. «Добро с кулаками» — оборотная сторона той невыносимой бесхребетности, что лезет нынче изо всех щелей, и не только в кино.

Якутские супермены

Абсолютным триумфатором главного конкурса «Киношока-2021» оказался якутский фильм Михаила Лукачевского «Вертолет» (Гран-при «Золотая лоза», приз за лучшую режиссуру и операторскую работу, приз кинопрессы). Тут тоже в наличии одинокий ребенок, чьи юные родители живут с новорожденной дочерью в Якутске, а сына сдали «на хранение» бабушке с дедушкой в далекое северное село, куда можно попасть только на вертолете, да и то лишь по большим престольным праздникам. Но есть, слава небесам, и решительный взрослый, правда, больше смахивающий на заговоренного сказочного героя, который и в огне не горит, и в воде не тонет. А еще есть эдакие Счастливцев и Несчастливцев местного разлива, два непутевых мастера-связиста, время от времени снижающие общий градус драматического накала, потому что трагедия, если мы не об Эдипе с Софоклом, всегда идет рука об руку с комедией. В этом и таится, по большому счету, главный секрет хорошего кино, а если по гамбургскому счету, то и закон всей нашей жизни — часто сложной, еще чаще нелепой, но при этом, нравится нам это или нет, единственной и неповторимой.

Фото Натальи Четвериковой

Подписи к фото:

Приз Гильдии продюсеров достался Григорию Коломийцеву и его «Чупакабре»

Азербайджанский режиссер Эльвин Адыгозел поставил маленький памятник маленькому человеку

Продюсер Иннокентий Васильев увез на «Вертолете» практически все призы «Киношока»

До встречи на XXXI «Киношоке»!

Подписывайтесь, скучно не будет!