Памир! Многих людей это слово погружает в приятные воспоминания. Горно-Бадахшанская автономная область Таджикистана, самая высокогорная часть бывшего СССР, вызывает особый интерес для путешественников всего мира, которые возвращаются сюда после перерыва 1990–2000 годов. Ведь на Памире и правда можно дотянуться до неба.

На перекрестке миров

Интересующиеся историей региона, в том числе недавней, найдут массу информации в Интернете. А я предлагаю вниманию читателей только путевые заметки. Могу сравнивать, так как впервые побывал здесь еще в 1999 году. С того времени много раз проезжал по Памирскому тракту.

Его началом можно считать киргизский город Ош, самый дешевый, вкусный, базарно-торговый, где однажды в 2007-м я прожил полтора месяца. Именно отсюда наверх всегда везли основную массу грузов; обратно ехали налегке. Даже пословица есть: «Как от Оша до Хорога — нехорошая дорога! От Хорога до Оша — эх! Дорога хороша!».

Позади остается знаменитая Сулейман-гора и подобные ей по форме разноцветные горы арбузов и дынь на обочинах трассы. Водители и туристы, не забудьте запастись фруктами или хотя бы поесть их вволю: в памирском поднебесье ничего вкусно-полезного не растет, а цены на привозное тройные.

Плодородная Ферганская долина заканчивается, дорога поднимается вверх. Мы проезжаем довольно крупный кишлак Гульчу, продолжаем лезть по огромному серпантину — более пятнадцати разворотов — и взбираемся на перевал Талдык (3615 м). Небольшой спуск — и вот поселок Сары-Таш, дальше граница (3300 м).

Если вы едете из Киргизии без акклиматизации, то лучше не продолжать. Горная болезнь может подстеречь каждого, так что надо постепенно. Поспешишь — тибетского улара (горную индейку) насмешишь. В Сары-Таше уже видны во всей красоте и величии гиганты Памира, в том числе пик Ленина (7134). Здесь стоит переночевать: в гостинице, у местных жителей, в школе, да хоть бы и в мечети — пускают. Заодно побольше походить пешком, размять сердце и кровеносные сосуды. Для здоровья полезно.

Этот поселок лежит на перекрестке дорог. Налево пойдешь — в Иркештам на границе с Китаем попадешь. Направо — на пик Ленина и пастбища Алайской долины. Прямо — в Горный Бадахшан.

Отведайте шир-чой

Восточный Памир — суровое плато, поднятое на 4000–4500 метров над уровнем моря. Тут несколько высокогорных озер и ручьев. Рек и кишлаков совсем немного, только крошечные населенные пункты. Деревьев и овощей нет. Значительную часть обитателей составляют дорожники, военные и пограничники, а летом и пастухи. Еще Марко Поло отмечал, что на здешних пастбищах откормится и самая тощая скотина.

Путника подстерегает несколько трудностей, в первую очередь климатическая. Даже летом холодно и ветрено, в июле днем может быть всего +10, а к началу сентября и снег может пойти. Вторая трудность — мало транспорта. Несколько попутных грузовиков в день, никаких рейсовых автобусов или маршруток. Ну еще встретится пара джипов с организованными туристами. Третья трудность — бюрократическая. Во все времена для проезда в Горный Бадахшан требовалось специальное разрешение. В годы СССР даже Сары-Таш был погранзоной и отсутствие пропуска могло завершиться каталажкой. Сейчас правила помягче: в Киргизии погранзон нет, в Таджикистане при любом нарушении можно договориться. Ну вы понимаете, как. Но лучше всего заранее сделать пропуск в посольстве РТ в Москве или Бишкеке или в консульстве в Оше.

Еще одна трудность у меня возникла неожиданно пару лет назад. Два соседних государства поругались из-за спорных участков на границе, закрыли переходы. Потом открыли, но только для иностранных туристов и по специальному разрешению. Поэтому транспорта через границу стало еще меньше. В 2025-м ситуация потихоньку нормализовалась, проехать можно, но все равно перед поездкой стоит уточнить текущее состояние.

В 2000-е годы на пограничном переходе не было даже электричества. Пограничники смотрели паспорта при свете карманных фонариков. Сейчас стало чуть лучше. Кстати, это один из самых высокогорных международных автомобильных переходов в мире (4280 м). Никаких магазинов, обменников и банкоматов — надеюсь, вы наменяли таджикских сомони еще на базаре Оша.

Памирцы любят Россию и русских, часто бывают у нас, и почти каждый здешний мужчина будет считать земляком, потому что бывал, жил и работал в нашей стране. Так что рубли, если понадобится, можно пристроить на базаре в памирских Мургабе или Хороге. Для мелких расчетов лучше заранее подготовить стопку мелких сомони.

Памирцы очень гостеприимны. А вот кафе на трассе практически нет. Часто единственная возможность перекусить — это постучаться в чей-нибудь домик или даже в юрту (здесь есть свои кочевники — горные киргизы с таджикскими паспортами и киргизскими лицами). Все живут очень просто, даже бедно, еда вся привозная. Свои только продукты животноводства — молоко, масло, сыр, творог. Многие пьют шир-чой — особый вид чая, похожий на монгольский, калмыцкий или бурятский. В котле кипятят воду, масло, молоко, бросают чай и корки позавчерашних лепешек. Это и напиток, и еда. Местные всегда разложат дастархан для гостя, выставят все, что есть в небогатом доме. Существует негласное правило: пообедав в гостях, как бы случайно оставить между тарелками несколько купюр или какую-то провизию в уголке комнаты. Уверен, что все читатели «ЧиМ» в похожих обстоятельствах тоже страдают мелкой забывчивостью.

Посёлок кочевников в стороне от Памирского тракта

Каракуль, не мех

Пройдя все пограничные формальности, получив въездной штамп в Таджикистан, мы въезжаем на высокогорное плато, которое тянется до первого поселка под названием Каракуль на одноименном озере. Не более тысячи жителей, 3920 метров над уровнем моря, самый высокогорный на территории бывшего СССР магазин, а также мечеть. Официального указателя нет, но я, посетив сотни мечетей в бывших советских республиках, более высокогорную не находил. Выше только в северном Пакистане и на Тибете.

В магазине и цены высокие. Половина сельчан живет в долг: записывают имена и суммы в тетрадку. Рядом столовая, только готовой еды там часто не случается, начинают варить при появлении клиентов и очень долго. Вода кипит не при 100 градусах, а при 88 или 90, так что горячий чай не обжигает и все варится хуже. Даже молодое мясо жесткое, как древесная кора, а горох или фасоль вообще никто не готовит: бесполезно.

Электричества в Каракуле нет уже 35 лет. Столбы электропередач и мертвые провода напоминают о той эпохе, когда тут стояла дизельная электростанция и в каждом домике светилась «лампочка Ильича». Удивительно, но в некоторых домах висят портреты не только Эмомали Рахмона, но и Ильича! То есть Леонида Ильича Брежнева, при котором все светилось, работало, ездило; в магазин ходили на зарплату, а не в долг.

Рекомендуем почитать:

В столовой, школе или мечети можно переночевать. Если возникнет желание искупаться в озере, то будьте осторожны — оно мелкое, соленое и очень холодное. На горном ветру можно окоченеть.

Дальше на юг будет еще один перевал, Ак-Байтал. Это самый высокий перевал всего бывшего союза — 4655 метров. Дорожный указатель испещрен надписями на разных языках, обклеен стикерами. Так отмечаются велосипедисты, мотоциклисты, автостопщики, горные туристы отовсюду. На Крыше мира встречаются европейцы, американцы, даже индонезийцев я встречал и, как ни странно, уже знакомых мне по прежним путешествиям. Вдоль трассы тянется каменистая пустыня, есть развалины погранзаставы еще царских времен.

Мургаб

После Ак-Байтала дорога приходит в поселок Мургаб (3700 м). Это центр всего восточного Памира. Сотни одноэтажных домиков, несколько мечетей, школы, милиция, базар, покрашенный белой краской памятник Ленину (декоммунизация не дошла до этих мест), несколько столовых и гостиниц, висят также портреты и лозунги с фамилией президента Рахмона.

Приезжая сюда из Москвы, Оша или Душанбе, подумаешь, что попал в какую-то дыру мира. Холодно и ветрено, цены очень высокие, привычного транспорта никуда нет. Можно нанять джип или уазик или уехать автостопом; есть коллективные джипы по утрам до Хорога, выполняющие роль маршрутки. В 2017 году не было даже электричества, потом электростанцию починили. По поселку ходят милиционеры, выявляют туристов, не сделавших пропуск в погранзону или регистрацию. Да, в Таджикистане еще остался советский рудимент — регистрация, но сейчас ее нужно оформлять не в трех-, а в 15-дневный срок. Она еще и платная. К счастью, здешняя милиция «договороспособна». Помню, с друзьями однажды шествовали через весь поселок в отделение милиции, гордо неся арбуз. Эта ценная и дорогая в высокогорье ягода оказалась хорошим зачином для общения с правоохранителями, и они не одолевали больше требованиями предъявить регистрацию.

Мургаб удален от всех центров цивилизации. В 2017-м мы снимали домик и пытались готовить еду на огне кизяков. Они горели плохо, мы перешли на терескены (местный кустарник. — Ред.), потом на керосинку. Поселковые столовые работают по-разному: в одной все делают быстро, недоваривают, зато дешево, в другой варят долго и тщательно, тратят много топлива, потому дороже. Есть сотовая связь, а недавно появился и интернет.

Этот поселок — отправная точка для горных походов по всему району. Летом 2007-го мы с товарищами несколько дней ходили по окрестностям, которые еще ближе к небу, чем Мургаб. Вернулись в него и восхитились цивилизацией со столовыми, базаром и даже библиотекой. Все познается в сравнении.

Недалеко отсюда находится Кульма, автомобильный переход в Китай (4363 м), единственная прямая связь двух стран. Из Кульмы через Мургаб и далее на Хорог и Душанбе каждый день идут грузовики, полные китайских товаров. Так что застрять уже невозможно, если передвигаетесь на попутках. Среди немногих высокогорных поселков можно отметить Аличур со столовой. Остальные населенные пункты — буквально по паре домишек, юрт, где живут дорожники и пастухи.

Среди гор в полнеба

После перевала Кой-Тезек (4271 м) дорога начинает спускаться, и вот постепенно мы уже на 3 тысячах метрах. Появляются деревья, сперва невысокие, потом зелень, сады, кишлаки, горячие источники Джеланды. Чем ниже, тем веселее местность, и вот Хорог — столица Горного Бадахшана.

В этой части Памира тракт оживлен чуть не как Садовое кольцо Москвы: попутки каждый день, чаще грузовики. Реже джипы с организованными туристами, которые обычно забиты под завязку, потому никого не берут. Однажды в 2005 году я проезжал участок верхом на бензовозе, ну и продрог же! Водитель захотел денег, и я отдал 10 сомони. Вообще, проезд возможен как угодно, если не боитесь холода и ветра и если водитель не возражает. Проверяльщики на трассе отсутствуют и могут попасться уже в Хороге.

А можно проехать и более сложным, длинным и интересным путем через Лянгар и Ишкашим по Ваханской долине. Этот маршрут Памирского тракта еще красивее прямого хорогского. Чтобы попасть на него, нужно после Мургаба повернуть налево на развилке к перевалу Харгушу (4344 м). Там попуток почти нет, но если много времени или транспорт свой — джип, велосипед, ноги — то почему бы не попробовать? Если выбираете ноги, там три дня идти по совсем пустой местности. Не страшно и не одиноко под близкими звездами? Тогда вперед! От Лянгара до Ишкашима и Хорога движение уже относительно бойкое, только другая проблема: вас постоянно будут уводить в гости. Там живут ваханцы, небольшой этнос из группы памирских народов, наверное, самые гостеприимные люди на свете, абсолютно искренние в своем добросердечии.

Хорог — настоящий городок, теплый и уютный. Высота всего 2200 м, поэтому летом около 20 градусов тепла. Есть асфальт, магазины, гостиницы, даже пара светофоров. Памирцы интеллигентны, русский язык знают и мужчины, и женщины, и дети. Здесь самый высокогорный в бывшем СССР ботанический сад, граница с Афганистаном по реке Пяндж и афганское консульство. В прежние годы в Хороге и Ишкашиме по субботам шумел «афган-базар»: на пятачке между двумя погранпостами люди в тюрбанах продавали одежду, мясо, сладости, товары своего и пакистанского производства.

Много лет подряд между Хорогом и Душанбе летал рейсовый самолетик. Глиссада опасная, в расщелине между гор в половину неба. Билеты добывались непросто из-за большого количества желающих, сдавали паспорта и ждали своей очереди. Сейчас рейс отменили, и Крыша мира стала менее доступной. На джипе или уазике из Душанбе придется ехать 20 часов. Бесплатным автостопом — несколько дней, а то и недель (с учетом гостеприимства жителей кишлаков по дороге).

Человечество

На поездку на перекладных от Оша до Хорога и Душанбе летом следует выделить как минимум неделю, чтобы посмотреть поселки и местности по пути. Если есть две недели, тогда заезжайте в Ваханскую долину, где Гарм-Чашма, то есть горячие источники по-таджикски. Не забывайте: если едете по дороге на высоте 4000 м над уровнем моря и видите по обе стороны заснеженные пики, то они высотой не менее 5500, а то и 6500 м. Если хорошо акклиматизируетесь к разреженному воздуху, сходите в горный поход по окрестностям Хорога или Мургаба. На знаменитое Сарезское озеро потребуется не менее 10 дней. Полторы недели без интернета и телефона для многих современных людей — испытание покруче горных троп и перевалов.

До сих пор лучшие карты для Памира — не Гугл и не Яндекс, а советские генштабовские «километровки». Найдите их в Интернете и распечатайте в нужном масштабе. Интернета и электричества вам будет, вероятно, не хватать. Но вот что с лихвой компенсирует все трудности, отсутствие виртуального общения и новостей — это люди. Дети разных народов Памира: шугнанцы, киргизы, рушанцы, ваханцы, ишкашимцы… Добрые и гостеприимные, русскоговорящие, любящие и нашу, и свою страну. Для многих пожилых памирцев 1991-й стал настоящей катастрофой. Приезжая к ним в гости и видя их у себя, не забывайте, что мы все — части не только некогда одной страны, но и всего большого единого человечества.

Статья была опубликована в журнале «Человек и мир. Диалог», № 4(21), октябрь – декабрь 2025 г.

Прочитано: 124