Минералы живые
Татьяна МЕЛЬНИКОВА, главный хранитель Минералогического музея «Планета» (Екатеринбург)
Фото: Евгений ТАМПЛОН
Что может коллекционировать житель Урала? Первое, что приходит на ум, — минералы. А как же иначе? С середины XVII века это самоцветная мекка страны.
В каждом из уральцев тяга к камням подспудно живет, то проявляясь с раннего детства, то вдруг взрывным образом охватывая в зрелом возрасте. У нас даже есть диагноз, который запротоколировал в очерках «Самоцветы» известный писатель Д. Н. Мамин-Сибиряк, — каменная болезнь. Да что говорить! И сам Дмитрий Наркисович в некоторой степени болел этим, коллекционируя минералогические образцы, о чем свидетельствуют фонды мемориального музея писателя в Екатеринбурге, столице Каменного пояса.
Эта страсть на Урале живет не одно столетие. Каждая эпоха оставляет в памяти современников и последующих поколений несколько имен увлеченных любителей. В XXI веке среди них не последний — Вячеслав Александрович Медведев из Екатеринбурга.
История его частной минералогической коллекции уходит в конец 1970-х годов. Первым стал образец одного из самых уральских минералов — родонита со знаменитого Мало-Седельниковского месторождения. Местные люди до сих пор называют его «орлец». Первоэкспонат занимает в собрании Вячеслава Александровича почетное место, хотя в ней сегодня имеются и более выразительные образцы.
По мнению Медведева, коллекционирование минералов не терпит суеты. Он комплектует свою подборку уже более 40 лет, но среди любителей камня его до недавнего времени мало кто знал, ибо ему нравилось ходить на минералогические выставки-ярмарки простым посетителем.
Коллекционер сродни художнику, пишущему картину мироздания, только вместо кистей и красок у него уникальные образцы природных минералов и горных пород. Постепенно получается масштабное многофигурное полотно — возможно, не самый точный портрет природы, но впечатляющий.
Собрание Медведева разнопланово. Его можно систематизировать по странам и материкам, видам и месторождениям, но особенно он выделяет самоцветную полосу, что узкой лентой протянулась с севера на юг вдоль восточного склона Уральских гор в верховьях рек Адуй, Реж и Нейва. Место легендарное, с историей добычи, уходящей в XVII век. В 1668 году около Мурзинской слободы в Верхотурском уезде Дмитрий Тумашев обнаружил «цветное каменье в горах: хрустали белые, фатисы вишневые, и юги зеленые, и тунпасы желтые». Что это? О чем идет речь в челобитной пермского рудознатца? Об аметистах, бериллах, топазах… Да! А еще роскошные турмалины от малиновых рубеллитов до синих индиголитов, а также нежные аквамарины, солнечные гелиодоры, кварцы всех мастей.
Самоцветная полоса Урала копана-перекопана, но не оскудела. До сих пор притягивает энтузиастов со всей страны, одаривая их радостью находки ценного сувенира. В конце XIX века, как писал Мамин-Сибиряк, здесь было 75 основных копей, а сколько ям и закопушек — никто не считал.
Голубые топазы копи Мокруша долгое время считались эталонными в глазах европейских модниц. Вот один из них в коллекции Вячеслава Медведева. Самого что ни есть насыщенного голубого цвета, что бывает в природе, с мельчайшими брызгами волн внутри. Рядом уникальный образец голубого ювелирного качества топаза с копи Казенница на ажурном, сверкающей белизны альбите в окружении одиночных разнонаправленных кристаллов мориона. Недавно возвращенный на Родину релокант лет 100, а может, 150 назад добытый на Урале и проданный в США. Из недр волшебной Мокруши и идеальный кристалл ортоклаза!
Завораживает невероятный по цельности и красоте симбиоза минералов образец со знаменитого месторождения Ватиха. Главный здесь, конечно же, аметист. Притаившиеся в узкой расщелине древней магмы кристаллы разного оттенка фиолетового цвета словно пытаются вырваться из плена сформировавшегося позднее кальцита. Бесцветные тонкие кристаллы кварца как зубки мелкого хищника свисают с верхней стенки.
Графический пегматит, он же письменный гранит, он же «еврейский камень» выглядит как карта из «Чертежной книги Сибири» Семена Ремезова. А может быть, природа играет с нами и подкинула карту сокровищ? Ищите, мол. Возможно, именно там, в окрестностях села Южаково, где и был добыт образец.
Однажды у виолончелиста, главного дирижера Российского национального оркестра Александра Рудина журналисты поинтересовались: «И эти композиторы для вас — живые?». Сразу вспомнился разговор с Вячеславом Медведевым, сказавшим: «Минералы тоже живые! Мы — органическая природа, они — неорганическая».
В том очерке «Самоцветы» Дмитрий Мамин-Сибиряк писал: «Мертвый… Честно говоря, меня эти строки коробили всегда. Минералы однажды возникают с микроскопического зародыша, растут, растут, растут, а потом ветер, осадки, солнце снова превращают их в пыль, в химические элементы. Наш срок жизни по сравнению с их сроком жизни — секунды, миг».
«Коллекционеры — неравнодушные талантливые люди, бесконечные романтики, — считает Вячеслав Медведев. — Собирательство коллекций всегда связано с ожиданием чуда, ожиданием удачи среди множества неудач. Поиск этой удачи — это длинный путь, бесконечные километры, когда добытые образцы путешествуют сначала на своем искателе, затем переходят из рук в руки, едут на поездах, летят на самолетах, плывут на пароходах. В конце концов, завершив свое путешествие, оседают в частных коллекциях. В наилучшем же случае они попадают в музеи».
Собрание Медведева, дело всей его жизни, стало надежным основанием Минералогического музея «Планета» (Екатеринбург, ул. Чернышевского, 7). Здесь, в окружении совершенных творений природы каждого из нас посещает чувство сопричастности к вечности. А еще понимание, что паче природы не рождался среди людей художник.
Статья была опубликована в журнале «Человек и мир. Диалог», № 1 (22), январь – март 2026 г.
