«Осознанный путь художника — быть постоянно изменчивым», — часто говорит о своем творчестве один из самых ярких современных художников России Зорикто Доржиев (ZORIKTO). Выросший в Бурятии в семье художников, он с детства четко понимал: чтобы поразить мир, надо придумать нечто уникальное, разработать свой неповторимый стиль. Сегодня работы Зорикто выставляются в Русском музее и Третьяковской галерее, были представлены на 58-й Венецианской биеннале и в лондонском музее Виктории и Альберта. А в начале 2025-го полномасштабная ретроспектива работ мастера открылась в подмосковном музее «Новый Иерусалим». На выставке под названием «Повелитель снов» экспонировались 75 живописных и графических произведений.

Его картины наполнены суровыми воинами, юными красавицами и кочевниками, путешествующими по Великой степи. Одной из своих ключевых работ художник называет «Созерцателя», комментируя, что это не автопортрет, но во многом отражение внутреннего мира. Одинокий кочевник, философ, размышляющий о своем месте в мире. Для Зорикто Великая степь — древний азиатский миф: «В моем контексте кочевник стал частицей движущегося, быстро изменяющегося современного мира, где вся история человечества — постоянная миграция, калейдоскоп сюжетов. Вся цивилизация — бескрайняя степь, где мы, люди, находимся в бесконечном пути».

Получив великолепное образование и овладев многими видами искусства (скульптура, живопись, мультипликация, графика, видео-арт), Зорикто разработал творческий метод на стыке академической традиции и бурятской культуры, назвав его «Ваджра-панк». Он говорит, что «ваджра» в буддийской культуре означает «стойкость духа», а «панк» — «энергия». В его случае это отсылка к традициям плюс бунтарство, несистемные элементы: «Я ощущаю себя современным художником и стремлюсь как можно шире охватить все новые стили и направления. На мою бытность пришелся приход цифровой эпохи, и мне одинаково органично работать при помощи и традиционных материалов, и цифровых технологий. Не хочется, чтобы при взгляде на мои картины у людей возникала мысль, что они написаны лет 100 назад».

Несмотря на то, что творчество Доржиева давно вышло за границы одной культуры, в сюжетах довольно четко проглядывается национальный колорит. Он утверждает, что быть художником из Бурятии — это большая ответственность: «Бурят в мире не так много, около полумиллиона. Достигая успехов, ты сразу становишься “представителем своего народа”. Честно говоря, я никогда не задумывался над тем, кто изображается в картинах. Буряты ли? Я не стремлюсь следовать аутентичной достоверности. Это больше игра, фантазия, чем реконструкция. Мои герои — вымышленные. Думаю, они понятны людям в любой точке Земли. Я размышляю на сегодняшние темы, а затрагивание национальных моментов — прием, который понятен мне. Когда ты более чем знаком с темой, легче излагать мысли. Безусловно, ощущая себя частью народа, я наполняю картины бурятскими мотивами, мелодиями, особой внутренней философией, поэтому легко понять, что я родом из степных мест, из монгольского мира».

Рассуждая о том, что ближе душе, Зорикто говорит, что его жизнь проходит в городской среде, где он и вырос. Но близость к природе всегда была неотъемлемой частью общей картины мира: «Когда ты оказываешься в родных местах, вдыхаешь степной воздух, то остро понимаешь, что вот этого так не хватало. Конечно, Байкал. Там невероятно глубокие краски, совершенно другое мироощущение. После всех художественных набегов на Европу я стремлюсь скорее вернуться домой, в Бурятию. Вообще, хотя я объездил множество городов и стран, скорее домосед, такой домашний кочевник по собственным мирам. Больше передвигаюсь в своих художественных идеях и концепциях».

Рекомендуем почитать:

Какую работу он выделяет особо? Затрудняется ответить. Потому что никогда не привязывался к определенной картине, понимал, что после попадания в публичное пространство у нее начинается самостоятельная жизнь. Зритель уже сам находит смыслы, заложенные автором, расшифровывает символы и образы.

Кстати, часто можно услышать, что картины Зорикто обладают терапевтическим эффектом, при просмотре способны «заземлять» людей, особенно с высоким уровнем стресса. Где-то в глубине души появляется ощущение спокойствия, размеренности, корней и естественного круговорота жизни. Иногда на его выставках фоном звучит бурятская этническая музыка, и это производит сильное впечатление.

Еще немаловажный момент — цвет. Он тоже имеет мощный эффект насыщения, наполнения. «Например, синий с золотом, — показывает Доржиев. — Классическое сочетание, идущее из восточной культуры. Синий — цвет неба. Ультрамарин, кобальт — самые дорогие красители. А золото — что-то нерукотворное, недосягаемое… Когда начинаешь взаимодействовать с такими вещами, то внутренний разговор уже идет о важных, сокровенных, глубоких темах».