Все самое интересное о жизни стран-соседей России
Обновлено: 26.12.2023
Светлана Дубровина
7 минут чтения
ПОДЕЛИТЬСЯ

ЗАБЫТЫЕ ИМЕНА

Начало ХХ столетия — события 1905 года, Первая мировая война, Октябрьский переворот 1917-го — породили невиданную доселе волну эмиграции с территории всей бывшей Российской империи. Десятки, сотни тысяч людей уезжали через Крым и Константинополь, Дальний Восток, западные границы. Люди всех слоев общества — не только богатые и знатные, как иногда считают, — всех профессий и возрастов устремились за рубеж в попытке выжить и переждать ужасы террора времен Гражданской войны. Многие, так и не получив гражданства принявших их стран и сознательно не стремясь к этому, остались навсегда эмигрантами с нансеновскими паспортами. Другим судьба дала возможность десятилетия спустя вернуться на свою родину и, увы, часто пройти сталинские лагеря и ссылки.

Их жизнь в эмиграции была непростой, материально они очень часто бедствовали, но до конца не принимали нового гражданства. Многие из них были выдающимися людьми, внесшими значительный вклад в науку, культуру и искусство приютивших их стран. «А за то, что нас Родина выгнала, Мы по свету ее разнесли», — писал поэт Алексей Ачаир.

По эту сторону границы о них забыли на долгие годы, но в 1990-е занавес приоткрылся, и мы стали постепенно вспоминать их имена. Они надеялись вернуться в Россию, и если им не удалось это сделать лично, то их наследие может и должно быть осознано как часть нашей общей культуры.

«Мы не в изгнании, мы в послании», — говорили эмигранты. Это послание ныне обращено к нам, и мы не должны его потерять.

Мария Малахова (1903–1987)

Художница, график, фотограф, художник-этнограф




































































































































Мария Малахова. 1918 г.
Мария Малахова. 1918 г.

Марию Малахову (1903–1987) многие знали под именем Мися Шпис (Мися — ее детское имя, оставшееся на всю жизнь, Шпис — девичья фамилия). Имея русско-немецкие корни, художница внесла огромный вклад в этнографическую науку Македонии, создав целую картотеку рисунков костюмов и деталей быта македонского народа, в изучение русских староверов Печорского края.

София Вогау и Рудольф Шпис. 1899 г.
София Вогау и Рудольф Шпис. 1899 г.

Мися Шпис родилась в Москве в русско-немецкой семье промышленника Рудольфа Шписа и Софии Вогау — как писала сама Мария Шпис, мать ее была русской, приемной дочерью в семье Вогау. Ее детство до 1914 года прошло в Москве и Болшево (сейчас город носит название Королев) в большой семье, где кроме нее росли еще два брата — Отто, которого дома звали Буня, и Конрад, чье домашнее имя было Козя. Мися и братья воспитывались в немецкой и русской культурных традициях, с детства знали как родные оба языка.

Козя, Мися и Буня в Болшево. 1909 г.
Козя, Мися и Буня в Болшево. 1909 г.

После начала Первой мировой войны, на волне борьбы с так называемым немецким засильем семья была выслана в глубь России, а в 1917 году Шписы вынужденно эмигрировали в Германию. «Свобода, природа, искусство. Все остальное — будь мне пусто!» — так написала в своем дневнике, уезжая, 14-летняя Мария.

Дальнейшее обучение Марии Шпис проходило в Германии, в школе-интернате Германна Литца, в классе графики Мюнхенской школы прикладного искусства, и в Дрезденской академии изобразительных искусств. Но своим учителем в дальнейшем Мария называла русского художника Василия Шухаева — в его частной художественной школе в Париже она училась в 1925–1926 годах.

И своей родиной Мария Шпис продолжала считать Россию. В 1930-х годах она несколько раз подавала документы, чтобы вернуться в СССР. В возвращении ей отказали, и она продолжала жить как русская беженка в Германии, Чехословакии, Австрии, Латвии… Тогда выбор художницы пал на Печорский край, в те годы находившийся на территории Эстонской республики. Здесь она начала делать первые этнографические рисунки — портреты жителей рыбацких деревень Обозерья, которые многие годы входили в Псковскую губернию Российской империи, а в 1920 году, по итогам Тартуского мирного договора между советской Россией и Эстонией, отошли к Эстонии и находились в ее составе вплоть до 1944 года.

Кусочек старой России, расположенный вне границ России советской, притягивал многих эмигрантов, тосковавших по родным местам. В этих краях, где исстари жили общины русских старообрядцев, были православные монастыри и сотни приходов, в 1930-е годы оказались солдаты и офицеры Северо-Западной белой армии, жили и работали многие представители творческой интеллигенции. Здесь Мися Шпис познакомилась со своим будущим мужем, инженером и публицистом Георгием Малаховым.

Работая в этих местах, художница сумела заснять на фотопленку жизнь русских староверов. Почти сотня снимков-диапозитивов, хранящихся теперь в Российском этнографическом музее, поистине уникальны — прежде всего тем, что на них запечатлены малоизвестные страницы истории Западной Псковщины, но, кроме того, и самим подходом Марии Шпис: ее фотографии не являются постановочными в отличие от большинства этнографических фотографий начала ХХ века, а выбранные места съемок и ракурсы иллюстрируют ее острый и вдохновенный взгляд художника.

Старинный деревенский дом. Село Ратево. Беровский регион. 1957
Старинный деревенский дом. Село Ратево. Беровский регион. 1957

Все фотографии автор снабдила комментариями, дающими дополнительное впечатление от образа, как, например, эта живописная картинка бойкого рыночного местечка: «На окраине Печор вдоль проезжей дороги отведено место для продажи коней и другого скота. Продавцы — обыкновенно цыгане. Там всегда большое оживление. Торгуются, ударяя друг друга по рукам, вскакивают на лошаденку и носятся взад и вперед, наглядно показывая покупателю добрые качества своего товара».

Амбар для пшеницы. Село Пуста Брезница. Скопский регион. 2-ая пол. XX в.
Амбар для пшеницы. Село Пуста Брезница. Скопский регион. 2-ая пол. XX в.

На одной из фотографий запечатлено выступление оркестра маленьких балалаечников, исполняющих народные песни в День русского просвещения. В Эстонии были давние традиции музыкального образования и хорового пения, и русские хоры существовали в 1920–1930-е годы при школах, гимназиях, церковных приходах и культурно-просветительских обществах. С начала 1930-х годов в Печорах и в Нарве организовывались Дни русского просвещения, своеобразные хоровые фестивали и праздники пения. В 1937 году дни памяти А. С. Пушкина — 100-летие со дня смерти поэта — русская эмиграция по всему миру отмечала как большое событие, объединяющее людей всех поколений, политических и иных взглядов. В Эстонии 26–27 июня 1937 года тоже был проведен Пушкинский праздник, и в нем приняло участие 76 хоров и 13 оркестров народных инструментов из всех русских поселений Эстонии.

Одним из ярких результатов работы Марии Шпис в Печорах стала постановка спектакля «Городищенская свадебная игра» на сцене Русской драмы в Риге в 1936 году ко Дню русской культуры на основе ее исследований и выпущенной ею книги «Свадебные песни и обряды из свадебной игры», где она записала, сопроводив гравюрами по дереву, обрядовые песнопения деревни Городищи Печорского края.

В 1939 году, когда началась война, Мария с сыном Алексеем жила в Риге. Опасаясь высылки в Германию, она решила перебраться в Македонию к Георгию Малахову. Живописная местность, в которой они поселились, называлась Поречье — северо-западный регион Македонии, расположенный по течению реки Треска и окруженный горами, с христианским населением, занимавшимся в основном сельским хозяйством. В Поречье Малаховы жили с 1939 по 1945 год — муж, чтобы семья могла существовать, открыл небольшое производство смолы, скипидара и дегтя, а для души собирал сказки Македонского Поречья и писал книгу о традициях и быте жителей этой местности. Мария продолжала заниматься любимым делом — создавала этнографические зарисовки Поречья.

Мария Малахова с сыном Алексеем. 1955 г.
Мария Малахова с сыном Алексеем. 1955 г.

В 1944 году в доме Малаховых обосновался партизанский штаб, сюда же, в горный лесистый район, где легко было найти тайное убежище, приходили и советские военнопленные, бежавшие из лагерей на территории Греции.

После войны до конца 1950-х годов Мария Малахова работала художницей при Этнографическом музее Скопье. В этот период она и создала совершенно уникальную галерею зарисовок народных костюмов, хранившихся в музее, и традиционной архитектуры, домашней утвари македонцев разных регионов Македонии. Ее яркие, красочные и при этом точные, насыщенные деталями рисунки хранятся в центральных музеях страны: Музее Республики Северная Македония и Музее города Скопье, а также в Музее Воеводины в Сербии.

Детали народного костюма регион Куманово 1955
Детали народного костюма. Регион Куманово

«В каждую из работ, — писали в благодарственном письме музея этнологии, — она вкладывала все свое умение и мастерство, работала с любовью и воодушевлением, что и давало в результате рисунки высокой художественной ценности». На основе этих работ в 1963 году Музей этнологии выпустил альбом «Македонские национальные костюмы», ставший с тех пор настоящим раритетом.

Костюм невесты. Село Старавина. Битольский регион. 1953
Костюм невесты. Село Старавина. Битольский регион. 1953 г.

Однако, несмотря на почти двадцатилетнюю успешную работу в македонских музеях, художница всегда стремилась подчеркнуть свое русское происхождение и не оставляла попыток вернуться в Россию. Еще во время войны она отказалась от гражданства Германии, а затем, после 1945 года, когда отношения между СССР и Югославией осложнились и многие русские вынуждены были уехать из страны, Марии Малаховой, единственной из всей большой семьи, предложили гражданство Югославии, но она снова отказалась и осталась беженкой.

Ткачество из козьей шерсти. 2-ая пол. XX в.
Ткачество из козьей шерсти. 2-ая пол. XX в.

В 1963 году в Скопье случилось страшное землетрясение, Мария с сыном потеряли квартиру и имущество и сами уцелели каким-то чудом. После этого события художница поняла, что больше не в силах скитаться, жить беженкой. Советское гражданство она получила еще в 1946 году и спустя почти 20 лет, в 1965-м, она наконец вернулась в СССР — в Таллин, где жили ее друзья. Сын Алексей остался в Македонии, брат с семьей оказался в Америке, но Мария Малахова предпочла одиночество на родной земле.

В Македонии имя Марии Малаховой, как и всей семьи Малаховых, принимавших непосредственное участие в становлении македонской государственности, в создании научных и культурных институтов в этой стране, хорошо помнят и сегодня. В России открытие творчества художницы состоялось в 2019 году, когда в Российском этнографическом музее в Петербурге прошла выставка ее фотографий с обнаруженных в музее диапозитивов под названием «Мися Шпис на краю большой России: фотодокументы 1930-х гг. по культуре Печорского уезда Эстонской республики».

Костюм невесты. Подгора. 1952 г.
Костюм невесты. Подгора. 1952 г.

С работами Марии Малаховой, с ее фотографиями и красочными этнографическими рисунками, а также с трудами Георгия Малахова, посвященными македонскому региону Поречья, можно познакомиться в Доме русского зарубежья имени Александра Солженицына на выставке «Этнография Македонии и Печёр. Акварели и фотографии Марии Малаховой» до 3 марта 2024 года.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписывайтесь, скучно не будет!
Лучшие материалы за неделю