Все самое интересное о жизни стран-соседей России
  • PERSPECTUM
  • Точка на карте
  • С видом на Арарат
    Алиса ГОРЛОВА, старший научный сотрудник Музея архитектуры им. А.В. Щусева
Точка на карте
10 минут чтения
ПОДЕЛИТЬСЯ

С видом на Арарат

Алиса ГОРЛОВА, старший научный сотрудник Музея архитектуры им. А.В. Щусева





























































































































Ереван, площадь Ленина

Ереван наряду с Бразилией, Канберрой, Нью-Дели, Абуджей представляет собой пример мегапроектов XX века, связанных со строительством новой национальной столицы по единой планировочной схеме. Несмотря на то, что его история насчитывает более 2800 лет (датой основания считается 782 год до н. э., когда началось строительство крепости Эребуни государства Урарту), современный город вырос за одно столетие.


План Таманяна

В 1918 году его выбрали столицей первой Армянской республики. Провинциальному городу Эривани с хаотичной застройкой, базарной площадью, средневековыми храмами, крепостью и вернакулярной архитектурой (народный стиль, сложившийся без участия профессионалов. – Ред.) предстояло стать зримым воплощением чаяний народа о свободе, национальном возрождении – столицей мечты. Генеральный план разработал в 1924 году выдающийся русский и советский архитектор Александр Таманян, взяв за основу концепцию города-сада с регулярной планировкой и обилием зеленых насаждений. Сегодня для проектирования одного района привлекается множество специалистов – архитекторов, градостроителей, планировщиков, инженеров, социологов, специалистов по развитию транспортной инфраструктуры. А Александр Иванович творил как архитектор эпохи Ренессанса, придумавший и создавший план идеального города.

Александр Таманян

Ландшафт стал отправной точкой в создании схемы генерального плана. Он имеет форму амфитеатра, так как Ереван находится на плато в обрамлении холмов, полукругом возвышающихся в северной и восточной частях. С западной стороны его замыкает ущелье и река Раздан. Таманяновский город опоясывает кольцевой бульвар, внутри которого функциональные районы соединены прямолинейными улицами. Направление развития – на юго-запад, раскрываясь в сторону горы Арарат. Это символ Армении, визуально объединяющий новую столицу и древние утраченные земли. Арарат как бы становится сценическим фоном города. Архитектор в своих проектах не раз обращался к его величественному образу, открывая удивительные видовые точки на гору.

Проект Таманяна предполагал функциональное зонирование города. Вокруг обширной центральной площади Ленина (ныне – Республики) сосредоточены здания властных и управленческих учреждений. На юго-востоке была запроектирована торговая часть с центральным рынком и универсальными магазинами. Вдоль железнодорожных путей – промышленный кластер, склады, хлебозавод. На северо-востоке предполагалось разместить вузовский городок с медицинским, ветеринарным, физико-химическим и другими институтами, а также НИИ. На севере, недалеко от площади Ленина был спроектирован культурный центр Еревана с большой Театральной площадью и зданием Народного дома (впоследствии Театра оперы и балета, архитектор А. И. Таманян), а также другими художественными, музыкальными и театральными учреждениями, сгруппированными вокруг большого сквера. Таманян разместил на плане два спортивных ядра в противоположных частях города: на северо-западе, на возвышенном плато – республиканский стадион, а еще один стадион – в юго-восточной части близ промышленного района, который впоследствии и был реализован (стадион «Динамо», архитекторы К. Акопян и Г. Чкнаворян). В западной части города на холме Конд предполагалось разместить художественный музей, а на его южной, обращенной к солнцу стороне – санаторный городок. Остальная территория Еревана отдавалась под застройку жилыми домами.

Ереван, здание оперы и балета

Следуя плану

Генеральный план утвердили в том же 1924 году. Символическое значение строительства нового города сложно переоценить. Ереван Александра Таманяна стал центром притяжения архитекторов, художников, писателей из различных уголков бывшей Российской и беженцев из Османской империй. Энергия большой стройки оказала влияние и на исследования исторической архитектуры Армении. Таманян и его сподвижники Торос Тороманян и Николай Буниатов видели в выдающихся образцах средневековой храмовой архитектуры опору в формировании облика современных зданий.

В 1920–1930-е годы в молодую столицу приезжали работать молодые архитекторы, выпускники московского ВХУТЕМАСа (Высшие художественно-технические мастерские): Каро Алабян, Микаэль Мазманян, Геворг Кочар, Тиран Ерканян. К ним примкнули первые выпускники кафедры архитектуры технического факультета Ереванского университета под руководством Николая Буниатова: Ованес Маркарян, Самвел Сафарян, Завен Бахшинян. Оставаясь в рамках таманяновского генплана, они противопоставили неоармянскому синтетическому стилю, основанному на приемах средневекового храмового зодчества, идеи прогресса и современной архитектуры. Причем в центре их внимания оставалась народная архитектура. Оказалось, что народное армянское жилье с глубокими и продолговатыми лоджиями, террасной композицией, функциональной плоской кровлей отлично сочетается с приемами современной архитектуры, разработанными лидерами советского конструктивизма Моисеем Гинзбургом, Александром и Леонидом Весниными. К проектам этого времени относятся жилой массив каучукового завода, клуб строителей, так называемый Шахматный дом, табачная и швейная фабрики, проекты Дома-коммуны, Дворца культуры, ведомственные жилые дома архитектора Маркаряна, студенческие общежития Геворга Кочара. Так стремительно началось становление современной армянской архитектурной школы, опирающийся на традиции страны, ее климата и ландшафта. Особенностью архитектуры стало применение местных пород камня, прежде всего розового туфа, за что Ереван называют розовым городом.

В 1936 году Александр Таманян умер, не успев претворить в полной мере свои планы. Но костяк будущего облика был заложен, столица развивалась, наполняясь новой архитектурой. План Таманяна оставался актуальным еще многие десятилетия. В целом строительство центральной части города во многом следовало его проекту. Были реализованы: опоясывающее центр широкое бульварное кольцо; композиция застройки, сформированная четкими прямолинейными улицами, бульварами и магистралями; ансамбли центральной площади Ленина (Республики) с административными зданиями вокруг и Театральной площади с оперным театром и консерваторией; учебный городок с высшими учебными заведениями; раскрытие города на юго-запад с торговыми, промышленными территориями и примыкающей железнодорожной веткой.


Корректируя план

С конца 1930-х годов план развития, намеченный Таманяном, стал претерпевать изменения. Вместо юго-западного направления город начал расти на северо-запад, нарушив концептуальную ориентацию на Арарат. Включение северных территорий, лежащих на высоких холмах, было первым выходом за пределы генплана 1924 года. На улице Баграмяна (магистраль на северо-запад) возвели новые помпезные здания для правительственных учреждений в неоклассическом стиле – ЦК компартии и президиума Верховного Совета Армении (архитектор М. Григорян). С возведением нового кластера административных зданий площадь Ленина потеряла изначальную функцию центра власти. В 1951 году в Ереване была воздвигнута самая большая в СССР статуя Сталина скульптора Сергея Меркурова по архитектурному проекту Рафаела Исраеляна (в 1962-м ее демонтировали, а в 1967-м на том же постаменте установили монумент «Мать Армения» по проекту скульптора Ары Арутюняна). Знаменитый монумент на огромном постаменте на вершине северо-восточного холма стал визуальной доминантой Еревана, дополнительно зафиксировав северную ориентацию.

К идее города-сада вновь вернулись в период «оттепели». В 1960-е годы архитектор Феникс Дарбинян завершил устройство кольцевого бульвара, запланированного Таманяном. Для создания комфортной городской среды началось масштабное благоустройство, включающее в себя расширение тротуаров, обширное озеленение, обустройство водоемов и фонтанов. Разрозненные парки, скверы, бульвары связывались в единое публичное пространство центра. Свободные формы и пространства – качества новой ереванской архитектуры, указывает исследователь Карен Бальян. Наряду с традиционным туфом в строительстве начали активно использоваться белый бетон и стекло. Ярчайшими приметами времени являются летний кинотеатр «Москва» (С. Кнтехцян и Т. Геворгян, 1966), Дом камерной музыки (С. Кюркчан, 1977, проект конца 1960-х), театр им. Г. Сундукяна (Р. Алавердян, С. Бурхаджян, Г. Мнацаканян, 1966).

Архитектура открывается в окружающую среду, уличное пространство безбарьерно входит в пространство здания, полностью включая в себя постройку, как в случае с открытой летней площадкой кинотеатра, или пронизывая насквозь стеклянные фасады, наполняя воздухом и светом интерьеры театра имени Сундукяна. На площади Ленина появился светомузыкальный фонтан, который стал новой точкой притяжения горожан. Некогда замкнутая, мрачная, чрезмерно официозная площадь превратилась в место народных гуляний. И сегодня, уже с новым названием площадь Республики остается одним из популярнейших мест проведения отдыха горожан и туристов.


Расширяя план

В «оттепель» Ереван Таманяна наконец был построен. В 1960-е годы началась разработка нового генерального плана. Город стремительно рос, расползаясь по площади. В этих условиях таманяновский город стал частью большой столицы, ее центральным административным округом. Сейчас он так и называется – Кентрон, что в переводе с армянского означает «Центр». Стройка города распространяется вокруг центрального ядра, занимая все новые площади.

Ереван, благоустройство 1960-х

Новые территории на окраинах активно застраиваются микрорайонами, состоящими из типовых высотных зданий, и социальной инфраструктурой: детскими садами, школами, поликлиниками, магазинами, общественно-бытовыми центрами. Этот этап строительства армянской столицы схож с развитием Москвы 1960-х годов, когда площадь города резко увеличилась и пригороды и близлежащие деревни превратились в спальные районы Беляево, Зюзино, Кузьминки и другие.

Ландшафт, который вдохновил Таманяна на план идеального города-сада, оказался помехой в дальнейшем пространственном развитии Еревана. Глубокое ущелье, значительные перепады высот, да и холмы сложны в освоении и явились преградами для связной застройки. Районы за пределами центра оказываются разорванными пустыми пространствами. Современный план Еревана больше напоминает архипелаг, нежели цельную городскую ткань.

Переход компактного города-сада к агломерации, выраженный в кратном увеличении площади и населения, повлиял и на масштаб отдельных сооружений. На фоне старой невысокой достаточно ровной по масштабу застройки выросли современные мегаструктуры: Дворец молодежи, прозванный в народе Кукуруза (снесен в 2006 году), аэропорт «Звартноц», двухзальный кинотеатр «Россия» на 3 тысячи мест (архитекторы всех трех проектов Г. Погосян, А. Тарханян, С. Хачикян), живописно расположившийся на склоне холма стадион «Раздан» на 55 тысяч зрителей (К. Акопян, Г. Мушегян), спортивно-концертный комплекс (А. Тарханян, С. Хачикян, Г. Погосян и Г. Мушегян).

Ереван, аэропорт Звартноц

Последним нереализованным замыслом генплана 1924 года оставалась пространственная ось север – юг. Нисходящая с вершины северного холма, ориентированная на гору Арарат, она проходила через здание Народного дома (Оперы), связывая его с площадью Ленина (Республики). Первым этапом реализации идеи является ансамбль «Каскад». Ступенчатые террасы на этом месте запроектировал сам Александр Таманян. Проект архитектурного ансамбля был создан в 1970-е архитекторами Дж. Торосяном, А. Мхитаряном, С. Гурзадяном, а строительство шло с 1980 года, но не было завершено. Каскад представляет собой широкую эспланаду лестниц с пятью террасами из светлого травертина (известковый туф. – Ред.), на каждой из которых расположены фонтаны причудливого рисунка. Наверху эта ось завершается монументом, построенным в честь 50-летия Советской Армении Торосяном и Гурзадяном в 1967 году. Обелиск расположен на широкой смотровой площадке, откуда открывается лучший в городе вид на Арарат.

Органическая связь структуры с рельефом местности является основой Еревана. Из двух сценариев – подчинение природы или следование ей – Таманян выбрал второе. На рубеже XX–XXI веков столица прошла через постсоветский кризис, для которого было характерно варварское отношение к пространствам. Точечное строительство в погоне за сиюминутной выгодой часто игнорировало существующую застройку, вклинивалось инородным телом в ткань города, искажало перспективы и планировку. Но сила генплана Таманяна и архитектурные установки раннего этапа строительства 1920–1930-х годов до сих пор определяют облик Еревана и основы его пространственной организации.

Статья была опубликована в журнале «Человек и мир. Диалог», № 3 (8), июль – сентябрь 2022 г.

Рекомендуем прочитать про питьевые источники в городах Армении.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписывайтесь, скучно не будет!
Популярные материалы
Лучшие материалы за неделю