Все самое интересное о жизни стран-соседей России
  • PERSPECTUM
  • Лица поколения
  • Артур Петросян: «То, чем я занимаюсь, похоже на работу пластического хирурга»
    Реставратор древних рукописей и художник из Армении – о выставке в зоопарке, украденной картине и рукописи весом 17 кг
Обновлено: 22.07.2024
Лица поколения
8 минут чтения

Артур Петросян: «То, чем я занимаюсь, похоже на работу пластического хирурга»

Реставратор древних рукописей и художник из Армении – о выставке в зоопарке, украденной картине и рукописи весом 17 кг











































































































































Артур Петросян

2021 год выдался памятным для Артура Петросяна, старшего реставратора-художника Института древних рукописей Матенадарана, и его коллег. Они закончили длившуюся четыре года работу над древнейшей датированной армянской рукописью на бумаге. Это «Книга знания и веры», датированная 981 годом. Она считается первым дошедшим до нас научным сборником с текстами по астрономии, математике, летоисчислению. Объем сборника — 380 страниц.


Беседу с вами все начинают с темы реставрации, а мне хочется сразу же рассказать читателям про ваши картины. Они удивительно теплые, а птицы и звери на них – живые. Полотна словно дышат и очень воздушные. Вы рисуете то, что любите?

Вы правильно отметили, что мои работы «воздушные». Я очень люблю воздух в картинах. Очень люблю природу, и особенно мне нравится рисовать осень. Это мой любимый сезон, в том числе и для живописи. В этом времени года для меня как для художника – все краски, вся палитра. Можно рисовать и рисовать на эту тему, и все работы будут очень разными. У меня много полотен с осенними пейзажами, и каждое не похоже на остальные. Птицы и животные – тоже моя любимая тема. Кстати, одна из моих персональных выставок прошла в 2017 году на территории Ереванского зоопарка, называлась она Animalix. Такое было любопытное сочетание: посетители прогуливались рядом с настоящими животными и птицами, а заодно и смотрели на тех, которых нарисовал я.


Художники, которые работают с природной тематикой, наверное, чаще рисуют с натуры? Какие места вас особенно вдохновляют на творчество? Много путешествуете?

Слишком часто выезжать на пленэр не получается, а рисовать с натуры я люблю, поэтому мне помогает еще одно мое увлечение – фотография. В поездках делаю снимки каких-то мест и пейзажей, особенно запавших в душу, потом работаю с эскизами, а уже дальше дома спокойно рисую. Вообще, я очень люблю горы и те места, откуда их видно. Для меня они как цель, пик, который всегда хочется преодолеть.


Армения – страна невероятной красоты. Назовете пару мест, которые непременно стоит посетить для вдохновения? Что советуете вашим гостям увидеть хотя бы раз в жизни?

В стране масса таких уголков и достопримечательностей. Я назову те, которые люблю особой любовью. Во-первых, Татевский монастырь. Этот исторический памятник конца IX – начала X века находится в паре десятков километров от города Горис. Один из самых древних монастырских комплексов в Армении. Во-вторых, Нораванк. Это еще один монастырский комплекс в 120 км от Еревана, тоже исторический. Там церкви XIII века и потрясающие отвесные скалы. В-третьих, монастырь Гегард XII–XIII веков. Он особенно знаменит скальной архитектурой.

«Армения — мой дом»
Из серии «Армения — мой дом»

Когда живешь в такой красоте, сложно не стать художником. Вы с детства рисуете?

Я рисую, сколько себя помню. Рисовать начал с трех лет. Уже в школьные годы принимал участие в выставках, мои работы выставляли в Иране и Египте. Помню один забавный случай. Мою картину отобрали на очередную выставку в числе работ других юных художников. Пришли люди, посмотрели на детскую живопись… На следующий день я вернулся на место проведения выставки и узнал, что именно мою работу украли. Я тогда так расстроился, даже плакал, но потом меня успокоили организаторы: сказали, что это хороший знак, раз у такого юного художника уже крадут работы, мне тогда было семь лет (смеется). С тех пор для меня рисовать – это как глоток воздуха. Месяц пройдет будто напрасно, неинтересно, если не поработаю над картиной.


Про любимый цвет не банально у художника спрашивать? Что вас вдохновляет, помимо гор?

Для меня любимый – оранжевый, он самый теплый. Еще вдохновляет небо – ассоциируется с морем у меня. Могу часами смотреть в небо, в облаках какие-то образы для себя находить. Любимое время суток еще вдохновляет – сумерки, вечер, когда уже начинает смеркаться и солнце садится. В эти минуты небо особенно прекрасно, и меняется гамма красок на подсвеченных зданиях. Все эти теплые желто-оранжевые с красным оттенки… И работа вдохновляет. Я занимаюсь реставрацией книг, а свободное время отдаю остальному своему творчеству.


Расскажите, как выбирали, в какой вуз поступать? Рано определились «кем хотите быть, когда вырастете»?

Еще в школьные годы решил, что стану либо художником, либо врачом, а именно – пластическим хирургом. Очень мне нравилось всегда это призвание. В 10-м классе еще сомневался, колебался, но в итоге решил поступить в художественную академию. Интересно, что, попав после вуза в Матенадаран и освоив профессию реставратора, в какой-то мере исполнил и вторую свою детскую мечту – то, чем я занимаюсь, похоже на работу пластического хирурга, только для книг. Наши задачи отчасти похожи, и в своей ежедневной практике пользуюсь теми же инструментами, с которыми работают, например, хирурги или стоматологи.

Артур Петросян
На открытии семинара «Реставрация документа: консерватизм и инновации» в Москве. 2021 г.

Когда вы решили для себя, что хотите заниматься именно реставрацией?

И снова ответом будет – в школьные годы. Мы с родителями пришли в Матенадаран в очередной раз, и вдруг я увидел его какими-то другими глазами. Мне очень понравилось само здание… Помню, как сказал родителям и себе: «Вот увидите, придет время, и я будут работать в этом здании». Так и случилось.


Здание действительно очень масштабное и впечатляющее. Матенадаран – культовое место в Армении, одно из крупнейших хранилищ древних рукописей в мире. Каково это – работать в сердце культуры и истории?

Когда я только пришел в Матенадаран после университета, то молодых специалистов там совсем мало было. Со мной пришли работать две девушки, и вот мы втроем олицетворяли тамошнее «молодое поколение». В основном среди сотрудников были специалисты гораздо старше нас. Да и реставраторов было мало: в 2009 году работало всего 13 человек, а сегодня нас 27. Работа здесь крайне увлекательная: всегда что-то новое происходит, с каждой выполненной задачей узнаешь что-то новое для себя. Меня часто спрашивают, не скучно ли работать над реставрацией какой-нибудь рукописи. Так вот: нет, не скучно! Каждая работа интересна и нова по-своему.


Как выглядят будни реставратора древних книг? Эта профессия такая редкая, что про нее мы, рядовые читатели, мало что знаем.

Эта специальность крайне интересная и трудная. Я очень люблю свою профессию, для меня она и работа, и хобби. Можно сказать, кайфую (смеется). Мне особенно нравится решать трудные задачи, потому что для них всегда приходится задействовать голову, чтобы разобраться, как все сделать правильно. И первая такая задача – работать так, чтобы книга не пострадала. Будни реставраторов книг отличаются тем, что мы в основном никогда не смотрим на часы и не интересуемся, когда там рабочий день начался и когда он закончился. Я частенько остаюсь допоздна, как и другие мои коллеги, ведь есть такие виды работ, которые необходимо закончить оперативно и нельзя оставлять до завтра, особенно если имеешь дело с поврежденным средневековым пергаментом.

Пергаментная рукопись XVI века
Закрепление миниатюры. Пергаментная рукопись XVI века

Что самое сложное в работе с древними книгами? Какие самые редкие памятники письменности доводилось держать в руках?

В 2018 году нам удалось на выезде восстановить все 404 страницы пергаментной рукописи Евангелия 974 года всего за 12 дней. В джавахском селе Цухрут эта книга считается священной. В Матенадаране я успел поработать со многими экземплярами. Я отреставрировал несколько десятков армянских рукописей. Среди самых интересных можно назвать «Книгу знания и веры». Над каждым из 360 листов этой крупной рукописи пришлось трудиться подолгу: дезинфицировать, очищать от пыли. Основная сложность состояла в том, что чернила, которыми она написана, очень навредили бумаге и разъели ее в тех местах, где были надписи. Мне приходилось очень аккуратно проклеивать эти фрагменты самой тончайшей японской бумагой. Трудился над каждой строчкой, над каждой буквой. На одном кусочке бумаги была найдена всего одна написанная буква – для ее сохранности добавили в книгу целый лист.


Когда мастер реставрирует старинные картины, то порой обнаруживает какие-то неведомые ранее закрашенные фрагменты, детали… а какие открытия случаются в процессе реставрации рукописей?

Я работал над еще одним важным памятником истории – это Евангелие 1306 года, очень известное среди специалистов. До меня книга уже была отреставрировала около 15 лет назад, но миниатюры в ней остались нетронутыми – словно меня ждали. В нашей профессии реставрация миниатюр считается самой трудной работой. Если реставрируешь их (и особенно пергамент), то нужно хорошо чувствовать материалы, краски… Нужен серьезный опыт. Так вот, оказалось, что миниатюры в этой книге были прикреплены друг на друга, как в коллаже. В ходе реставрации я аккуратно начал снимать одну за другой, слой за слоем, и обнаружил под ними три изображения, которые никто раньше не видел. Они были накрепко «зацементированы» под другими слоями. Работа над этой книгой длилась около года и закончилась, как обычно, работой над переплетом. Кстати, было еще одно редчайшее Евангелие в моей практике, конца XVI – начала XVII века. Это тоже рукопись на бумаге. Из-за влаги в ней очень пострадали маргиналии (рисунки и записи на полях. – Ред.) и опять же миниатюры – их мне пришлось отреставрировать в количестве пяти сотен. Работа по реставрации всех миниатюр и маргиналий длилась 1,5 года.

Лист рукописи 981 г. до реставрации
Лист рукописи 981 г. до реставрации

Интересно, когда вы только начали работать в Матенадаране, какие работы доверяли начинающему специалисту? Не сразу же такие глыбы?

Первые три месяца я только и делал, что чистил крупноформатные рукописи. Каждый день с утра до вечера очень аккуратно мягкой кисточкой очищал их тяжеленные листы. Самый маленький весил 6–7 кг, а некоторые доходили до 15–17 кг. Они, такие увесистые, будто ждали меня, чтобы я как мужчина пришел и поработал с ними. Было очень интересно, ведь с первых дней мне дали работать с рукописями! Вообще, в первый год (как и все реставраторы) обучался процессу, работал над «легкими» книгами, в основном не очень старыми. Но уже через год мне дали ответственное задание: отреставрировать маленькую рукописную армянскую книгу. С нее все и началось.


Получается, как и художник, порой рисующий одну картину годами, реставратор может несколько лет потратить на какую-то одну рукопись. Есть такая параллель?

Да, когда работаешь над рукописями в течение нескольких лет, то они становятся уже родными. Ох как непросто отдавать их на хранение, когда работа завершена. Я иногда оставляю их при себе еще на несколько дней, чтобы внутренне подготовиться, и только потом отдаю.

Рукопись после реставрации
Рукопись после реставрации

И напоследок: три совета по обращению с любой домашней библиотекой от реставратора?

Первое – это сезонное проветривание фонда. Второе – механическая очистка книг, особенно внутренней стороны корешков. Третье – очистка книжных полок с помощью влажной спиртовой салфетки.

Полностью интервью опубликовано в журнале «Перспектива. Поколение поиска» № 12/2021.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписывайтесь, скучно не будет!
Популярные материалы
Лучшие материалы за неделю