Все самое интересное о жизни стран-соседей России
  • PERSPECTUM
  • Лица поколения
  • Александр Печенегин: «Очень просто руководить, когда ты честен перед собой и перед ребятами»
    Руководитель региональной волонтерской организации «Волонтеры победы» — о том, как выглядит современный волонтер и как бороться со стереотипом о том, что добровольцы — это бесплатная рабочая сила
Лица поколения
10 минут чтения
ПОДЕЛИТЬСЯ

Александр Печенегин: «Очень просто руководить, когда ты честен перед собой и перед ребятами»

Руководитель региональной волонтерской организации «Волонтеры победы» — о том, как выглядит современный волонтер и как бороться со стереотипом о том, что добровольцы — это бесплатная рабочая сила































































































































































https://www.instagram.com/pechenegin/

https://www.facebook.com/Alexander.Pechenegin

Арина Демидова

Александр Печенегин — один из самых молодых руководителей волонтерской организации в стране, обладатель двух наград Президента Российской Федерации. Он начал заниматься добровольчеством после того, как увлекся молодежной политикой.

Какое первое дело вы сделали бескорыстно — из того, что помните?

Искренне надеюсь, что первое бескорыстное дело сделал года в 3–4.

Как вы попали в волонтерство?

Я изначально попал не в волонтерство, а в молодежную политику. Я до 14 лет жил в Ростове-на-Дону и, когда переехал в Электроугли, начал учиться в школе № 30 им. Колдунова, в 7–8-м классе у нас было не принято активно проявлять себя. Даже, напротив, считалось, что если ты это делаешь, то являешься выскочкой. Активная деятельность началась с 11-го класса, когда ты уже понимаешь, чего хочешь, и можешь постоять за свои слова, поступки и интересы. Ты уже можешь высказать обществу и самому себе сказать, что если будешь заниматься тем, что нравится, в моем случае — войти в Молодежный совет, волонтерское движение, — то это хорошо именно для тебя. В 2013 году я совершенно случайно попал на конкурс «Мистер Электроугли» — это некий конкурс красоты и таланта, который предполагает подготовку визитки, творческого номера и другое. Оттуда появилось понимание того, что я хочу чего-то большего.

Какой была первая волонтерская акция, которую вы придумали? Когда и как это было?

Первый волонтерский проект мы придумали в преддверии 70-летия Победы в Великой Отечественной войне. Тогда я еще никак не относился к «Волонтерам Победы» и не знал, что это за организация. Мы вместе с ребятами сели у кого-то дома и поняли, что хотим реализовывать нечто большое. Тогда родился проект «70 шагов к Победе», в рамках которого мы создали 70 мероприятий патриотической направленности в течение года: общение школьников с ветеранами, видеозаписи воспоминаний, проработка интеллектуальных игр, взаимодействие с различными фондами. Этот комплекс не только помогал нашей молодежи расти, но и в целом был полезен для общества. По итогам проекта я выиграл международную премию «Доброволец года», нас отметили множеством наград различных уровней.

Как вы пришли в ВОД «Волонтеры Победы»?

Я долгое время в Электроуглях занимался молодежной политикой, делал различные мероприятия в течение четырех лет до 2017 года. При проведении одного из форумов мы познакомились с человеком, который курирует молодежные организации. И был разговор о том, что им не хватает человека, который будет курировать работу одной молодежной организации. Мне предложили попробовать, так как я знаю это направление деятельности, оно мне интересно. Конечно же, я сразу согласился. Я хотел помогать определенной категории граждан — ветеранам Великой Отечественной войны.

Вы руководитель регионального отделения ВОД «Волонтеры Победы». В чем сложность организовать волонтеров?

Сейчас сложностей нет. Сейчас сложность мотивации: замотивировать ребят и руководителей. Изначально сложность была в том, что о «Волонтерах Победы» мало кто знал. Была небольшая команда, которая только точечно могла что-то делать, и это не было масштабно. Пришлось с нуля выстраивать коммуникацию как между членами регионального штаба, так и муниципальными, так и с регионального уровня на правительство Московской области.

Что на посту руководителя дается вам проще, чем ожидалось, а что — сложнее?

Сложнее — общение с ветеранами Великой Отечественной войны. У меня в детстве не было опыта общения с пожилыми людьми, рано не стало бабушек и дедушек. Поэтому поначалу это было сложно, не понимаешь, что можно говорить, что нельзя. Сейчас у нас уже налажена работа, волонтеры, которые общаются с ветеранами, также должны пройти инструктаж и тренинг, где расскажут, что можно говорить — что нельзя, как себя вести в различных ситуациях, как действовать, если ветеран заплакал. Ты сопереживаешь героям, начинаешь погружать себя в историю, которую они рассказывают, и это безумно тяжело. Я думаю, что через время смогу это проработать или понять. Проще, наверное, мотивировать ребят. Коммуникация на местах, общение оказались проще, чем ожидалось. На работе, например, можно мотивировать зарплатой, а здесь ты больше даешь осознанности. Очень просто руководить, когда ты честен перед собой и перед ребятами. Я не стараюсь играть в какие-то непонятные игры, и если есть какая-то задача или просьба — я об этом ребятам открыто говорю.

Бытует мнение, что волонтеры — это только бесплатная помощь. Кто они на самом деле?

Мы очень долго боролись с мнением, что волонтеры — это бесплатная рабочая сила. Когда это появилось? В начале пандемии, когда люди начали обращаться на линию помощи не когда что-то жизненно необходимо, чего они не могут никак получить, а, например, просить привезти алкоголь, сигареты. Мы очень долго боролись. За два года выполнили 19 тысяч заявок о помощи: это доставка лекарственных препаратов, продукты. Мы понимаем: если бы мы не стали отказывать в бесплатной помощи тем, кто в ней не нуждается, то могли пострадать, например, инсулинозависимые люди. Мы боремся с мнением о «бесплатной помощи», и боремся успешно.

Какое новогоднее чудо вы совершали вместе с волонтерами?

Мне представилась картинка из небольшого поселка Монино. У нас есть руководитель Николай Лазутин, который придумал акцию. Суть проста: ребята переодеваются в костюмы Деда Мороза и Снегурочки и дарят сладкие подарки ветеранам Великой Отечественной войны. В эти моменты нужно слышать и видеть эмоции ветеранов: они радуются, как дети, очень благодарны, что мы их погружаем в те эмоции, детские, очень веселятся, и это безумно круто. Я считаю, настоящее чудо — когда мы смогли сделать так, чтобы ветеран улыбнулся.

Какая придуманная вами акция запомнилась вам больше остальных?

Нет одной: есть порядка 20 мероприятий, начиная от того, как мы одними из первых в России начинали делать огненные картины в 2017 году — выкладывать из 10 тысяч свечей Родину-Мать, слова «Помним». Мы установили два рекорда Гиннесса и один рекорд России. За четыре года провели шесть образовательных форумов.

Какой социальной группе людей, на ваш взгляд, требуется помощь сильнее, чем остальным?

На данный момент из-за пандемии очень тяжело общаться с ветеранами. Мы соблюдаем все меры предосторожности: носим маски и перчатки, но, чтобы лишний раз не подвергать ветеранов риску, стараемся, где это возможно, разговаривать не лично, а по телефону. Ветеранам тяжело отказаться от определенного количества общения: ведь еще два года назад они общались с детьми в школах, активно коммуницировали, а сейчас лишены этого. Общение сократилось в разы. Сейчас мы приходим к ним и общаемся хотя бы через закрытую дверь, так как боимся заразить.

Какая помощь чаще всего требуется людям?

Очень многим людям не хватает общения. Как пожилым, ветеранам, так и самой молодежи. Мы же идем в волонтерство не только для того, чтобы помогать, но и хотим сами развиваться. Здесь ломается определенный стереотип: ты развиваешься вместе с движением, учишься говорить, коммуницировать, общаешься с другими людьми. Не просто так волонтерство предлагают приравнять к работе. Оно дает тебе возможность становления как личности.

Какой самый распространенный миф про волонтеров в современном обществе и почему, на ваш взгляд?

Долгое время был миф, что волонтеры работают за еду и футболку. Как только начинаешь общаться с ребятами, ты понимаешь, что ребята идут прежде всего за эмоциями, за решением своих внутренних зажимов, за отдачей, добрыми поступками.

В пандемию, казалось, появился некий тренд на волонтерство. С чем это связано?

Я согласен: первый толчок движения в России начался в 2013 году, когда страна готовилась к Олимпиаде в Сочи. А второй толчок этом направлении — пандемия. Когда даже крупные организации, которые помогали, испугались неизученной болезни. А волонтеры кинулись на амбразуру, сказали, что помогут. Тогда был большой всплеск, само волонтерское движение начало меняться. Если раньше в основном была молодежь и точечно учителя, врачи, которые помогали, то сейчас и бизнес появился, и обычные взрослые люди, которые развивают, например, добрососедство. Для них волонтерство — это отдушина. Мне кажется, что следующим шагом будет корпоративное волонтерство. Оно уже начало развиваться и будет продолжаться.

Когда началась пандемия, множество волонтеров отправились на помощь в ковидные госпитали. Как вы объясняете такие бесстрашие и самоотдачу?

Когда президент обратился и сказал, что нужна помощь, мы восприняли это буквально. Нужна помощь в ковидных госпиталях? Хорошо. Доставка продуктов, колл-центры, поиск — без проблем. Конечно, были люди, которые говорили, что не готовы работать в условиях пандемии, и мы это прекрасно понимаем. У нас антисептиков, масок не было первые дни. Нам их давали обычные жители, говорили, что никуда не выходят, а у них есть маски. Отмечали, вот, вам нужнее, держите. В Раменском для нас сшили тканевые маски. А в начале пандемии ситуация с масками обстояла в разы сложнее, чем сейчас.

Каков средний возраст волонтеров?

Сейчас сложно говорить о возрасте волонтера. От 18 до 45 лет точно — такой большой разброс, потому что волонтерить стало модно, все поняли, что волонтерить — это просто, тебя никто не будет заставлять быть в организации 24/7, с тобой готовы считаться. Если ты можешь по пути с работы купить лекарства и завезти их, пока едешь домой, — окей. Если у тебя есть возможность в субботу и воскресенье навестить ветерана или съездить за покупками или помочь в доставке чего-то, сделать что-то еще хорошее — окей. Нет возможности? Не проблема, мы можем обратиться еще к кому-то, а тебя привлечь в другой раз.

Есть ли какие-то основные причины, почему люди прекращают заниматься волонтерством?

Я думаю, это перегорание, ведь волонтеры отдаются максимально. Мы проживаем все ситуации, которые происходят, и не всегда легко справиться с этим. Ты внутри переживаешь, и если за промежуток, как мы выявили, от 2 до 3 лет, у тебя не получается переключаться и отпускать ситуацию, то ты перегораешь и, скорее всего, не вернешься в эту историю в ближайшие 5–7 лет.

Какими чертами характера и почему должен обладать современный волонтер?

Честный, неравнодушный и порядочный. У человека должны гореть глаза, появляется неравнодушие. Очень много обманщиков, организаций, которые пытаются нажиться на пожилых людях, на ветеранах, на ситуации с пандемией.

Как можно обратиться за помощью волонтеров, и кто это может сделать?

Все просто. Очень много различных добровольческих организаций, которые занимаются определенным направлением. В ряды «Волонтеров Победы» можно вступить через сайт волонтерыпобеды.рф. С вами свяжется координатор города, в котором вы проживаете, и скажет, какая помощь нужна. Помимо помощи, тебя погрузят в добровольческую семью — здесь полноценное добровольческое объединение, которое занимается патриотическим воспитанием.

Что сами волонтеры получают от своей деятельности?

Волонтеры получают кайф от своей деятельности. Безусловно, если мы будем развивать мысль, что получает волонтер, помимо маек, кепок, часов, благодарственных писем от властей различных уровней — от главы города до президента России, — это все скорее дополнение. Доброволец прежде всего получает опыт. Представьте, вы — работодатель, и к вам придет человек, который отучился в школе, потом в университете. Или пришел человек такого же возраста, с тем же образованием, но который организовывал региональные мероприятия, который умеет грамотно и четко формулировать свою мысль, и у него есть четкое понимание, как вести себя в различных ситуациях.

Есть ли какая-то статистика по регионам, в каких чаще всего обращаются к волонтерам за помощью?

Чаще всего это помощь в доставке продуктов и лекарств. В последние два года это тенденция, об этом просят жители России.

Какую часть своего времени волонтеры готовы отдавать на добрые дела?

Готов отдавать все возможное время. Иногда тяжело себя остановить. Даже когда встречаешься с друзьями, которых давно не видел, у тебя все равно в голове мысль «О, прикольный проект родился» или «О, можно это сделать». И ты понимаешь, что не можешь остановиться. И в этом плане очень важно уметь различать обычную жизнь и волонтерство.

Какая у вас профессиональная мечта?

Сделать всех ветеранов Великой Отечественной войны счастливыми. Чтобы наши реестры обновлялись на регулярной основе. Сердце разрывается, когда ты узнаешь, что у ветерана течет крыша или он живет в доме, который рушится. Моя профессиональная мечта — сделать так, чтобы ветераны Великой Отечественной войны ни в чем не нуждались. И, если у них нет детей, чтобы рядом были люди, которые не оставят их одинокими.

Что бы вы посоветовали начинающим волонтерам?

​​Начать и попробовать. Я много езжу по России и вижу различные категории людей. Даже люди, которые самодостаточные, владеют бизнесом, могут переживать. В России существует множество добровольческих объединений: это и волонтеры-медики, и волонтеры культуры, и нам также нужна помощь. Если вы не начнете, вы не поймете. А в какой-то момент еще и появится мысль «Почему я не попробовал? Ведь я ничего не терял». Не бойтесь. Если нужна помощь — конечно, мы всегда поможем.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписывайтесь, скучно не будет!
Популярные материалы
Лучшие материалы за неделю